Извините, – забормотала та. – Ой, я уронила…

В это время Дэрик поднял с пола и развернул то, что она прежде держала в лапке. Это оказалась статья, вырезанная из газеты почти двухмесячной давности, в которой рассказывалось обо мне – кто я такая и откуда взялась. А так же были напечатаны портреты – наш с Дэриком на свадьбе и, крупным планом – моей ящерки.

– Да, это правда, – кивнул мой муж.

– Значит, я тоже?.. – у ящерки даже голос сел и слова пропали, но мы все отлично поняли, о чём она спрашивает.

– Да, ты тоже драконочка, – подтвердил мой отец. – Добро пожаловать домой, юная леди.

– Я не леди, – растерянно пробормотала ящерка, и я словно эхо услышала. Когда-то и я так же возражала, и что в итоге? Я теперь аж целая герцогиня, кто бы мог подумать!

– Это пока, – успокоил её мой отец, как-то незаметно взяв на себя разговор с гостьей.

Мы с мужем помалкивали, как заворожённые глядя на золотистую драконочку, и улыбались. И не только самому факту её существования, а тому, как пальцы маркиза Рэйфонда, явно совершенно машинально, поглаживают её спинку, а сама она жмурится от удовольствия. Ой, как знакомо!

– Может, чаю? – предложила я, когда в разговоре возникла пауза.

В животе гостьи отчётливо забурчало. Она смущённо посмотрела на нас, прижав ушки.

– Да, спасибо.

Мы прошли в гостиную – отец так и нёс золотистую ящерку на руках, и они оба, кажется, этого не замечали, вроде так и надо. Дэрик вместо чая велел подавать обед – у матушки Риады всегда было, чем накормить проголодавшихся, даже если и не ко времени. А я вспомнила слова ящерки о том, что до меня было сложно добраться, и подумала – а только ли от неожиданности она с потолка свалилась?

Когда накрыли на стол, появилась новая проблема. В отличие от меня, Руджила – так звали нашу гостью, – магии не имела, точнее – считала, что не имеет, и обращаться, сохраняя одежду, не умела. А вещи свои спрятала за стеной, окружающей наше поместье, чтобы проникнуть внутрь ящеркой – побоялась, что в дом герцога не впустят незнакомку.

Проблема решилась быстро – уж чего-чего, а одежды у меня было в избытке, поделилась. И перед нами предстала очаровательная девушка, как позже выяснилось, годом меня старше. Только худенькая совсем, явно безумно уставшая и с коротко остриженными золотистыми волосами, едва ли не сияющими в свете падающих в окно солнечных лучей.

– Ох, зачем же вы такую красоту отрезали? – расстроился маркиз Рэйфонд.

– Я не сама, – смутилась Руджила, касаясь неровно обрезанных прядей. – Подруга. Ну, я её считала подругой. А она мои волосы отрезала, пока я спала – мы одну комнатку на двоих снимали, – и цирюльнику на парик сдала. Он мне предлагал хорошие деньги, а я не соглашалась. А она вот, решила, что глупо отказываться…

Да уж, волосы и правда удивительно красивые были.