– Насчёт синего понятно, а почему первый?

– Второй – Радрик. Я же не знала поначалу его имени, и он тоже синий. Хотя оттенок немного другой, конечно.

– Забавно. Мне как-то не приходило в голову, что цвет наших волос можно в имя или, скорее, в прозвище, превратить. А меня ты первым зелёным называешь?

Вопрос был задан с улыбкой, поэтому я тоже улыбнулась и решила ответить честно.

– Нет. Вы были просто «дракон», ведь, не считая Эйдера, вы были первым знакомым мне драконом, да и Эйдер не совсем дракон, он ещё дракончик. А вот остальных я уже по волосам различала, пока имена не услышала.

Только я их тут же забыла, – я смущённо пожала плечами.

– Тебе в тот момент было точно не до имён посторонних личностей, к которым тебя впихнули в качестве магической аномалии, – покивал дракон, хитро прищурив глаза.

– Ой, только вслух никому это не говорите, – буквально взмолилась я. – Хватит с меня и чуда с ушами, мне вот только магической аномалии не хватало.

– Договорились, – кивнул дракон. – Буду называть тебя так только наедине.

Я едва не застонала – вот зачем мне всё это? И тут лицо дракона снова стало застывшим, словно он маску надел.

– Приехали.

А я даже и не заметила, так меня увлёк разговор. Оказывается, мы уже и в ворота поместья въехали, и по лужайке перед входом повернули так, чтобы карета дверью к ступеням встала.

Дракон дождался, пока лакей эту самую дверцу откроет, и первым покинул карету, я вышла следом, и только спрыгнув на траву обнаружила, что лакей мне руку протягивает. Он тоже был слегка удивлён моим появлением, видимо, не ожидал, что простая горничная – ладно, не совсем простая, а ещё маг и гувернантка, – едет вместе с его светлостью. Похоже, о нашем совместном отъезде если кто и знал, то слухов по всему дому не разнёс.

– Кимми, Кимми! – услышала я знакомые голоса и притормозила быстрый шаг, почти рысь, на которую невольно перешла в попытке не отстать от широко шагающего дракона. Зачем мне это было нужно, сама не поняла, уже привычка какая-то появилась.

Оглянувшись, я обнаружила, что ко мне бегут Луки и Силли, за ними, чуть отстав – Брандерон, замыкал строй Эйдер, в отличие от остальных, идущий, а не бегущий. Чуть дальше я заметила Тенки и Вуста – приятелей Луки из прислуги, один помогал на кухне, другой – на конюшне, и по возрасту они были ближе к Эйдеру, чем к Луки.

Сейчас они настороженно застыли возле деревьев, там, где прежде, как я понимаю, дети играли все вместе.

Первой, опередив брата на шаг, в меня врезалась Силли, обняв за талию и крепко прижавшись всем телом. Луки обниматься не кинулся, всё же он считал себя совсем взрослым, но встал совсем близко. Брандерон затормозил в шаге от нас и растерянно затоптался на месте – он явно поддался общему настрою, но добежав, не знал, что делать дальше.