В какой-то момент то ли в знак сострадания, то ли для успокоения своей тревоги я тихонько взяла его за здоровую руку, и ехавший с закрытыми глазами Райли светло улыбнулся. Сжал мои пальцы в ответ, и сердце глупо подпрыгнуло — совсем как карета на новой кочке.

«И что я делаю?» — вздохнул рассудок, но, к счастью или к несчастью, у меня не было настроения на рефлексию.

Подумаю об этом завтра, когда Райли посмотрит врач, когда он переживёт обязательный кризис, когда наконец-то можно будет немного выдохнуть и сказать про себя: «Состояние тяжёлое, но стабильное. Постепенно пойдёт на поправку».

А пока — ну его. Есть заботы поважнее.

***

Эйнсли заехал вместе с каретой во двор замка. Терпеливо дождался, пока я отдам все необходимые распоряжения о Райли и всё те же Барк и Стини не унесут носилки с ним в замок, и лишь после этого подошёл проститься. Отмахнулся от повторённых мной благодарностей и спросил:

— Вы ведь собираетесь послать за врачом в Норталлен?

— Да, — кивнула я, немного удивившись вопросу.

— Не стоит, — посоветовал Эйнсли. — Господин Тротвилль, уж поверьте моему опыту, хорош в лечении простуды и желудочных колик, но не особенно разбирается в ранах. Я пришлю к вам, гм, кое-кого другого. С соответствующим опытом.

Надо же! У них в банде и свой «лепила» имеется?

— Это он вылечил ваш бок? — уточнила я, и Эйнсли склонил голову, подтверждая. — Хорошо. — Лорду-разбойнику вряд ли был смысл лгать. — Буду ждать вашего человека. Как его зовут, скажете?

— Этельберт, — ответил Эйнсли. — Думаю, он будет здесь к трём пополудни.

На этом мы и распрощались. Я проводила лорда-разбойника взглядом, а когда он выехал за ворота, с силой потёрла лицо и только собралась идти в замок, как ко мне подошёл Том.

— Гспжа, разршите обртиться! — Он заметно волновался и от этого глотал ещё больше слогов, чем обычно.

— Да, конечно, — доброжелательно ответила я, хотя в сердце немедленно засвербело дурное предчувствие."

"— Гспжа, тута, короч, это, — начал Том. — Гспдин Каннингем уехать изволили.

Что? Я уставилась на него, не веря услышанному. Чтобы Каннингем добровольно покинул Колдшир? Просто взял и послушался меня? Невозможно!

— Они, короч, вернулись, — между тем продолжал привратник, — и сразу велели вещи собирать. А потом уехали, не сказавши куда и ничего вам не передавши, хотя Бренда спрашивала.

Всё чудесатее и чудесатее.

— Но знаете, гспжа. — Том опасливо оглянулся и понизил голос. — Олли успел мне шепнуть… Короч, в Норталлен они поехали. И Олли обещался, что как там очутится, сразу тамошнему дохтуру — гспдину Тротвиллю, ежели вы не знаете, — весточку от вас передаст.

Молодец, Олли! От такого известия у меня даже на душе стало светлее.

— Спасибо, Том, — с чувством поблагодарила я.

— Да мне-то за что, — смутился привратник.