Ты как, не против отпуска? Можем тут побыть или съездить куда-нибудь. Как захочешь, — с надеждой спросил я.

Она подумала, заглянув в мои глаза, улыбнулась, провела рукой по щеке.

— Уговорил, только мне нужно за вещами домой съездить.

— Хорошо, дождемся Димона и я тебя свожу.

Я радостно прижал ее к себе. И как я жил без нее?

Я вернулся к плите, выключил. Вынул пельмени и вареники, положил в большую чашку, поставил на стол. Достал вилки, тарелки, стаканы. Налил нам по чашке кофе. Только мы собрались есть, как в коридоре послушался звук открывающей двери и смех.

— Эй, молодежь, вы где? — громко прокричала Катя.

— Блин, милая, не ори, оглохну, — пожаловался Димон.

— Ой, прости! — мы с Дусей смотрели друг на друга, улыбаясь, — Больно?

— Конечно, но поцелуешь и все пройдет, — заявил Димка. Мы услышали характерные звуки, сообщающие, что лечебный процесс в самом разгаре.

— Помирились? — тихо спросила у меня Дуся. Я довольно закивал.

Первым на кухню вплыла Катерина. Если бы я на сто процентов не была уверенна, что это она, не узнала бы. От вчерашнего прикида на ней были только очки в голубой оправе. Никакого вызывающего макияжа, прическа тоже сильно отличалась от вчерашней. Вместо синих волос — светло-русые, которые были красиво уложены, никаких черных ногтей. В общем, выглядела она по-другому.

— Ух, ты, выглядишь как девушка, — поддел ее брат, — Я уже стал прикидывать, как отца откачивать, если бы он увидел вчерашнюю синьку.

— И тебе доброе утро, — рассмеялась Катя, подходя ко мне и садясь рядом, — Как дела?

— Нормально, смотрю и у вас ничего, — сказал Артем, доставая еще два бокала и наливая кофе.

— Дааа, у нас все замечательно, — сказал Димон, входя в комнату с довольным выражением лица, как у кота, наевшегося сметаны.

Я посмотрела на него, чуть не подавилась. Закашлялась. Катя услужливо постучала меня по спине. У Димона под глазом красовался фонарь. Не, не так, синячище.

— Ух, ты! Клевый фингал, — прокомментировал Тема, — Квартира моя сильно не пострадала?

Димон ухмыльнулся, Катя подошла к брату, погладила его по предплечью.

— Темочка, ты только сильно не ругайся, ладно?

— Если вы тронули мою коллекцию, я вас прибью! — грозно сказал Артем.

По виноватому выражению лица Кати и по тому, как Дима старательно отводил взгляд, стало ясно, опасения Темы подтвердились.

Он грустно вздохнул. Прикрыл глаза ладонью, подвинулся ко мне ближе, уткнувшись в мою шею, опять горько вздохнул.

— Рассказывайте, — его голос звучал глухо. И что же в той коллекции, если он так расстроен? Я обняла его голову, ласково поглаживая затылок.

— Нуу, это… В общем…

— Это я виноват! — перебил Катю Дима.