Все дело в ее деньгах, и если вы убежите с ней, вы не получите ни единого шиллинга, в этом я вас уверяю.

– Назло мне лишите племянницу комфорта и роскоши, к которым она привыкла? Какая нежная любовь, тетя Шарлотта!

Но в ответ на его сарказм она только пожала плечами:"

"– А как, по-вашему, я должна поступить? Смягчиться и позволить вам делать все, что пожелаете? Считаете меня совсем глупой? Если так, то сильно ошибаетесь. Не советую заблуждаться, сэр! Мое сердце холодно, как мрамор. В тот день, когда вы женитесь на Сьюзен, я вложу каждый принадлежащий ей фунт в предприятия, которые дадут прибыль только через много лет и которые находятся в местах, которые вы никогда не обнаружите, даже если остаток жизни проведете в поисках.

– Наследство принадлежит ей, – напомнил Стюарт.

Шарлотта подняла с пола шаль, накинула на плечо и обмотала второй конец вокруг локтя.

– Наследство оставлено ее отцом под мое попечение. Джордж искренне согласился бы с моим решением. Он терпеть не мог охотников за приданым и считал их самыми низкими созданиями. Они без зазрения совести крадут мечты и надежды молодых девушек, разбивают их сердца, после чего оставляют за собой погубленные репутации. Жизни девушек ничего для этих людей не значат. Когда все заканчивается, им достаются состояние, которого они не заработали, и жена, которую они терпеть не могут.

Стюарт сжал кулаки:

– Вы слишком опрометчиво судите обо мне. Неужели вашей племяннице не позволено иметь право голоса, даже когда речь идет о ее сердечных делах?

– Если ее сердце выбрало вас, оно совершило непоправимую ошибку, и когда-нибудь Сьюзен поблагодарит меня за вмешательство.

Шарлотта подняла со стола веер, развернула, обмахнулась и тут же с щелчком закрыла.

– Кажется, вы собирались уходить.

Стюарт шумно выдохнул. Она права: ему пора убраться отсюда. Он и приехал сюда лишь затем, чтобы встретиться с теткой Сьюзен и улестить ее, но теперь это невозможно. Его охватила горечь от сознания того, как близок он был к цели. Стюарт проклял себя за то, что позволил этой женщине затмить его рассудок. Если у него и были сомнения насчет женитьбы на Сьюзен, теперь ему стало понятно: она была самой славной, самой подходящей партией из всех, кого он имел в виду.

– Мне пора, – сказал Стюарт наконец. – Но не воображайте, будто наши пути не пересекутся снова.

Занятая шалью, Шарлотта едва на него взглянула:

– Мне абсолютно все равно, пересекутся они или нет, мистер Дрейк.

– Зато мне не все равно. Совсем, – пробормотал он.

Шарлотта проигнорировала завуалированную угрозу. Дверь за ним закрылась.

Шарлотта расправила шаль.

– По-моему, ты сыграла с ним недостойную шутку, – донесся голос из темноты.

Шарлотта пожала плечами:

– Не более чем он заслужил.