Так какого черта гулял? В общем, главное было составить достоверную легенду. — Она тяжело вздохнула и вытянула ноги. — И для начала я решила начать с конца. С убийства Левы. Ведь если верить Соньке, то Сергей был чуть ли не единственным подозреваемым. Вышло здорово: из четырех знавших историю про учебники один умер, второй торчал за операционным столом в Швеции, а представить Сему в роли отравителя я просто не могла, даже напрягнув… напряжнув… короче, ты понял, всю свою фантазию. Но с другой стороны, я точно помнила, что в тот день Сергей с самого утра уехал во Франтишковы Лазни. И стала соображать, где они вообще, эти Лазни, находятся и нет ли там случайно поблизости какого-нибудь аэропорта. Именно в этот момент я впервые поняла, что здесь что-то не то. Вернее, именно то. — Даша горько усмехнулась. — Изначально меня подвело плохое знание не только собственного мужа, но и европейской географии. Когда родился и вырос в России, то на всю жизнь остается ощущение, что Линц, Кобург или Прага — просто на другом конце света, то есть одинаково далеко. По счастью, я неожиданно вспомнила, что у Франтишковых Лазней было еще одно название — Фридрихсбад, а следовательно, они… он? В общем, что данный населенный пункт находится где-то неподалеку от немецкой границы, и, дабы окончательно убедиться в своей правоте, отправилась искать у тебя библиотеку. — Тут рассказчица снова замолчала и бросила ехидный взгляд на подполковника. — Надо признаться, мне пришлось изрядно потрудиться, чтобы найти вашу фамильную сокровищницу знаний рядом с голубятней.

Полетаев выразительно посмотрел на зловредную гостью. Даша в ответ состроила мину и продолжила:

— Когда же я развернула карту, то едва не пустилась в пляс от радости. От Франтишковых Лазней до Кобурга не более пятидесяти километров прекрасных немецких дорог, максимум сорок минут пути. И не проверишь, паспорт-то он якобы потерял! Пересечь границу, а потом спокойно его подпалить, новый будет готов через неделю. Именно потеря паспорта меня больше всего и укрепила в верности выбранной версии. Мой супруг терял документы исключительно в случае крайней необходимости. А паспорт и кошелек принципиально носил только во внутреннем кармане пиджака. И каждый раз собственноручно перекладывал их из одного костюма в другой, но никогда в папку, сумку или иную ручную кладь. А главное, что этот чертов паспорт обязательно должен был быть потерян! В противном случае в нем оставалась бы отметка о пересечении немецкой границы. И ехать Сергей мог только машиной, ведь при путешествиях самолетом память о тебе остается в паре десятков компьютеров.