Она заметила несколько необычную интонацию Бриггса — что в другое время пропустила бы мимо ушей — и живо переспросила:

— Другое лицо? Кого вы имеете в виду? Кого-либо из слуг?

— Не то чтобы из слуг, миледи. Здесь моя дочь, и она готова сменить вас на это время.

— Ваша дочь? Как странно, Бриггс, я совсем забыла, что вы человек семейный. Где она?

— В коридоре, за дверью, миледи. Смею вас уверить, что на нее вполне можно положиться.

Первый раз губы Камиллы сложились в слабую улыбку.

— Иначе она вряд ли была бы вашей дочерью, — сказала она. — Я хотела бы ее видеть.

Бриггс подошел к двери и немедленно вернулся.

— Моя дочь Сюзанна, миледи, — сказал он.

— Здравствуйте, — сказала леди Камилла тоном, чуть-чуть преувеличенно вежливым, каким хорошо воспитанные женщины обычно разговаривают с теми, кто ниже их по общественному положению.

— Здравствуйте, — ответила Сюзанна. В ее тоне послышался глухой вызов, и Бриггс неодобрительно щелкнул языком, заметив, что она не добавила «миледи».

Сама не сознавая почему, Камилла вдруг почувствовала, что эта девушка к ней относится враждебно. Это вовсе не была та девушка, которую она ожидала увидеть. Перед ней стояла женщина, в поведении которой чувствовались затаенный вызов и недоброжелательство. Она собиралась поздороваться со вновь пришедшей и уйти, но что-то побуждало ее остаться и выяснить, что же кроется за этим выражением лица — и вызывающим, и одновременно испуганным. Это была странная сцена. Не говоря уже о приличиях, на всех троих действовало, что они находятся в комнате тяжелобольного, и поэтому они говорили приглушенными голосами, из уважения к ничего не видящему и ничего не слышащему больному.

— Мы ведь раньше с вами не встречались? — спросила Камилла.

— Нет, не встречались.

— Вы живете не здесь?

— Нет. Я приехала день-два назад.

— Понимаю. Вы хорошо скрывали ее, Бриггс.

— Папа не хотел, чтобы знали, что я здесь.

Бриггс начал было что-то говорить, но Сюзанна опередила его:

— Рано или поздно все равно узнают, папа. Почему не сейчас?

Камилла недоуменно переводила взгляд с одного на другого.

— Не понимаю, о чем идет речь, — пробормотала она. — О чем узнают?"

"— Пожалуйста, не обращайте на нее внимания, миледи, — вмешался Бриггс, явно расстроенный. — Не надо мне было позволять ей приходить сюда. Если б я только знал… Сюзанна, тебе не велено было разговаривать с миледи таким образом.

— Я имею право разговаривать, как мне нравится. Больше того, я имею право быть здесь, — упорствовала Сюзанна. — А это не всякая может про себя сказать.

— Сюзанна! — возмущенно воскликнул Бриггс. — Ты говорила мне, что будешь сидеть тихо, пока его светлость…

— Не прерывайте ее, Бриггс, — сказала Камилла высокомерно. — Я хочу докопаться до сути.