"

"— Пожалуй, я оставлю его пока что у себя, — сказал он.

— Боже мой, неужели вы не понимаете, что это желудочные пилюли?

— Нет, сэр. Пока не будет произведен анализ, я не могу судить о том, что это такое… А вдруг в этот флакон положили что-либо другое?

— Но ведь это мои пилюли! — настаивал Джулиус. — Я должен принимать их на ночь ежедневно. Я не могу обойтись без них.

— Какова ваша обычная доза, сэр?

— Две.

Сыщик отвинтил крышку флакончика, вытряхнул две таблетки и важно протянул их через стол.

— Этого вам хватит на сегодня, сэр, — сказал он. — Я ни в коем случае не хочу причинять вам неудобства.

Ворча под нос, сэр Джулиус взял пилюли и стал рассовывать свои вещи по карманам.

— Теперь, я думаю, можно пойти спать, — сказал он.

— Пока еще нет. Сначала я хотел бы обыскать и дам.

— Уж не хотите ли вы сказать, что будете обыскивать меня! — Миссис Карстерс выглядела олицетворением оскорбленной добродетели.

— Нет, мадам. Будет достаточно, если вы покажете мне вашу сумочку. И не откажитесь передать мне сумочку той дамы… Благодарю вас.

Опытной рукой Роджерс выпотрошил обе врученные ему сумочки, но не нашел ничего представляющего интерес. Затем были подвергнуты обыску д-р Ботвинк и Бриггс, без протестов и без результата. Когда сержант кончил, Джулиус снова попросил разрешения пойти спать.

— Теперь, когда подозрения сняты с нас всех, — сказал он с жалкой попыткой на иронию, — смею предполагать, что незачем задерживать нас дольше.

Сержант ответил не сразу.

— По-моему, сделано еще далеко не все, — сказал он. — Но во всяком случае, я вас больше не задерживаю. Мистер Бриггс, есть какая-нибудь другая комната, относительно теплая, куда мы могли бы пойти?

Бриггс заколебался.

— Самое теплое место в доме — комната экономки, — сказал он. — Там хорошо растоплен камин, а слуги уже легли. Я не смею предложить этим леди и джентльменам, но…

— Ну так, ради Бога, пойдем туда и покончим с этим, — сказал сэр Джулиус. — Покажите мне дорогу, Бриггс. — И он направился к двери.

Д-ру Ботвинку пришлось помочь миссис Карстерс поднять Камиллу на ноги.

— Как вы думаете, вы сможете идти сами? — спросил он ее мягко.

— Да, спасибо, — пробормотала она и, опираясь на его руку, пошла к двери. Дойдя до середины комнаты, она остановилась и оглянулась на немую фигуру у окна. — Мы… мы не бросим его здесь… вот так?.. — спросила она жалобно.

— Очень сожалею, миледи, но это необходимо, — сказал Роджерс твердо. — Надеюсь, что это долго не протянется.

Когда все вышли, он остался в комнате еще на несколько минут. Прежде чем уйти, он удостоверился, что все окна закрыты, выключил свет, потом запер дверь и положил ключ себе в карман.

Комната экономки была маленькая и уютная.