— Кого ты, Покотило, хотел бы назвать кошевым? — спросил войсковой судья.

— Ивана Стягайло… Старый заслуженный казак. Храбрый рыцарь. Куренной атаман…

— Ивана Рога! — выкрикнул кто-то из толпы. — Если и есть кто среди нас достойнейший, так это он!.. Сколько раз уже был кошевым, есаулом, наказным атаманом… Да и на Запорожье лет тридцать, если не больше!

— Сорок, — сказал Рог и высоко поднял бритую голову на длинной жилистой шее, обводя собравшихся пристальным взглядом чёрных глаз… — Все сорок…

— Ну вот видите, кого и выбирать-то, как не его!

Поднялся Самусь, краснолицый, голубоглазый казачище.

— Братчики, думаю, мы должны выполнить наказ Серко! — пробасил он. — Разве вы забыли, что он посоветовал нам избрать кошевым Семена Палия? Чего зря воду в ступе толочь?

— Нас и самих бог не обделил разумом! — вспыхнул Стягайло. — Мёртвому — вечная слава, а живым — о жизни думать! Серко своё отатаманил…

— Стягайло! Стягайло! — послышались голоса.

— Ивана Рога! — загудели с другой стороны.

— Семена Палия! — закричали Арсен, Роман и Секач.

Шум поднялся такой, что войсковой судья зажал уши руками.

— Так, братья, мы к согласию никогда не придём, — покачал он головой.

 — Если из вас троих, — обратился он к претендентам на булаву кошевого, — двое добровольно не откажутся, то на сечевой раде бог знает что будет! И до сабель дойти может!

Встал Семён Палий.

— Атаманы, братчики, — сказал он. — Мы все любили и глубоко уважали Серко, привыкли считаться с его мнением и безоговорочно выполнять приказания. Поэтому, сдаётся мне, последняя воля покойного кошевого многим из вас связывает сейчас руки…"

"Чтобы этого не было, я отказываюсь от чести быть кошевым.

Пусть им станет тот, кого захочет старшинская сходка и все сечевое товариство! Пришёл я на Запорожье не для того, чтобы добывать себе какие-либо привилегии, не для того, чтобы стать куренным атаманом, есаулом или домогаться булавы кошевого, а чтобы защищать своей саблей отчизну от её бесчисленных врагов! Это первейший и главный долг мой, как и каждого из нас, братчики!

Казаки одобрительно загудели. Палий слегка поклонился и сел.

Войсковой судья повернулся к Стягайло и Рогу.

— Может, который из вас тоже хочет сказать нечто подобное, атаманы?

Стягайло и Рог сумрачно молчали.

— Тогда пусть вас рассудит товариство, — сказал судья. — Палите из пушек, бейте в литавры — собирайте войсковую раду! Как она решит, так и будет!

Кто-то побежал выполнять приказание войскового судьи. Старшины и бывалые казаки начали подниматься и выходить во двор. В канцелярии остались только члены коша — войсковой судья, войсковой писарь, войсковой обозный и есаулы.

4

Грохот крепостных пушек и тревожно-призывная дробь литавр всколыхнули все вокруг. Сечь зашумела, загомонила.