А возле стен прикорнули покосившиеся шкафы, чьи полки занимали прозрачные склянки, мензурки и прочие пузырьки. Многие из них оказались разбиты, из-за чего повсюду тускло блестели осколки, покрытые пылью.

Я тихонько произнёс, осторожно входя и хрустя стеклом под ногами:

— Похоже, что мы попали в средневековую алхимическую лабораторию.

— У меня мама в лаборатории работает, — грустно прошептала девушка. — Я скучаю по ней, да и по всем родственникам.

— Вот были бы они все здесь, да? Шучу-шучу, — сострил я, подобрав факел и двинувшись к шкафу, где уцелели два флакона с какой-то жидкостью.

— А ты не скучаешь по своим родственникам?

— Да зачем они мне? Я ведь совершеннолетний, — промычал я, остро ощущая желание увидеть их.

Девушка ещё что-то хотела сказать, но тут дверь сама собой с грохотом захлопнулась, а в комнате стало ощутимо прохладнее.

Я тотчас прижался спиной к шкафу и протараторил:

— Лана, встань рядом со мной. Кажись, мы нарвались на неприятности.

И будто в подтверждении моих слов в дальнем от нас углу, до которого не доставал свет факелов, завозилась какая-то куча. Она принялась издавать булькающие звуки, и была метра полтора в высоту, а в диаметре — около двух. Куча повозилась пару секунд, а потом медленно поползла в нашу сторону, не переставая булькать.

Когда она пересекла границу освещённой зоны, то мы увидели зелёную студенистую массу, не имеющую ни рта, ни глаз. Она была похожа на содержимое носа какого-то великана, изволившего высморкаться. И эта хреновина двигалась на нас, вызывая закономерные опасения, а тут ещё она булькнула громче обычного, содрогнулась и совершила плевок тёмно-зелёной массой. Та устремилась мне в лицо и обязательно попала бы, если б я рефлекторно не выставил руку с факелом, поэтому слизь угодила на мои пальцы. Я заорал от боли, бросил факел на пол, а потом сорвал с руки перчатку, которая шипела и пузырилась. Моя кожа тоже покрылась пузырьками и стала нехорошего красного цвета, словно уснувший на пляже мужик.

Я принялся истово трясти кистью, а девушка испуганно завопила:

— Рей, ты ранен!"

"— Спасибо, что подсказала. Предлагаешь добить меня, чтобы не мучился? Так будет гуманнее? — раздражённо протараторил я, а потом бросился к столу и, поднатужившись, перевернул его набок. На пол посыпались реторты, куб и горелка, а я закричал тёмной: — Беги сюда, пока это говно снова не плюнуло!

Девушка быстро оказалась возле меня, плюхнулась на задницу и выдохнула, громко сглотнув:

— Что будем делать?

— Рано или поздно эта ерунда обогнёт стол или тупо прожжёт его…— принялся я размышлять, глядя на руку. Она уже болела не так сильно, но двигать ею всё равно было проблематично.

Меж тем раздался звук очередного плевка, а потом зашипела столешница.