— Люди говорят, а я слушаю.

— И кто же станет о таком говорить прилюдно? — не поверил офицер.

— На базаре и не такое услышать можно. Главное, уметь отделять истину от вымысла, — нашелся Шатун. — А теперь прошу нас извинить, господа, но мне нужно приватно побеседовать с господином штабс-капитаном. Прошу нас извинить еще раз, — оборвал он поток вопросов и, кивком головы отозвав Рязанова в сторону, протянул ему полученную бумагу.

— Все верно, — быстро прочтя текст, кивнул граф. — Не беспокойся. Ты не один такой. Твоего покорного слугу тоже вниманием не обошли. Так что у тебя третья Анна, а у меня вторая. Ко всему, ты еще и орден Святого Георгия получаешь.

— А почему тогда только бумага? Сами ордена где? — не понял Руслан."

"— Начальству передали, — коротко пояснил Рязанов. — Вечером привезу.

— А чего с такой тайной? — не унимался Руслан.

— Награды эти князь нам своей волей присвоил. Имеет такое право. Вот и решил, что наши усилия надо поощрить. И то сказать, за неделю почти весь город перевернули. Вон, ночью последних добили. Точнее, ты добил. Так что все верно. А шума раздувать не стали, думаю, потому, что не по своему ведомству работали. Да и немного чести для боевых офицеров с каторжными биться.

— Странно это все, — проворчал Руслан, почесывая в затылке.

— Уймись, — отмахнулся граф. — Князь все правильно сделал. И наградил, и внимания лишнего не привлек.

— А ежели спросит кто, за что награды? — не сдавался Шатун.

— А то мало у нас всяких случаев, когда награду заслужить можно, — ехидно усмехнулся граф. — Вспомни, как мы графиню у абреков отбивали.

— Ну, тоже верно, — вздохнул Руслан, сдаваясь.

— Ты только из-за этого меня искал?

— Угу. Ты как тут, закончил?

— Да, все уже вывезли. Должен сказать, что эти твои гранаты страшная штука. Даже санитары из покойницкой едва сдержались, когда увидели, что тут творится.

— Зато надежно, — нашелся Руслан. — Чем теперь займемся?

— Будет день, будет и пища, — тихо рассмеялся Рязанов. — Нам теперь еще несколько дней отчеты генералу писать.

— А зачем? По нашему ведомству клиентов не было. А работали мы в помощь полиции. Ему-то это все зачем?

— Затем, что с местными полицмейстерами ему частенько приходится спорить. А так будет вещественное доказательство, что мы свой хлеб недаром едим. Даже на их полянке пастись успеваем, — ехидно усмехнулся граф.

— Опять интриги, — скривился Руслан. — Терпеть не могу политику.

— Увы, друг мой, политика это часть нашей с тобой службы, — понимающе вздохнул Рязанов.

Подскакавший к лабазу уже знакомый корнет заставил Руслана вскинуться и тихо выругаться.

— Знаешь его? — тут же спросил граф.

— Посыльный Тарханова, — коротко пояснил Руслан.

— Господа, — оживился корнет, увидев сослуживцев.