— Я что, зря оставил тебя в Торрингтон-Чейз?

— Понимаешь, я не хочу больше быть твоей любовницей. — Алисия сложила руки на груди.

Если у нее и были какие-либо сомнения в том, что Мари — сдержит свое обещание и притворится, будто ничего не знает, то теперь, когда она увидела, как у Тони вытянулось лицо, все сомнения исчезли. На его лице поочередно отразилась целая гамма чувств — и, прежде всего недоумение, нежелание верить услышанному…

— Но… ты мне совсем не любовница!

— Вот именно, — кивнула Алисия. — И поэтому я еду домой, в Литтл-Комптон. — Подхватив подол юбки, она высокомерно вскинула голову и отвернулась. Однако Тони не дал ей уйти: схватив за локоть, он снова повернул ее к себе лицом. Такого сурового выражения она у него еще не видела — острые скулы, прилипшие к лицу волосы…

— Не знаю, что за идиотскую мысль ты вбила себе в голову, — размахивая руками, выкрикнул он, — но я никогда не считал тебя своей любовницей! Я всегда, с самого первого дня, относился к тебе как к своей будущей жене!

— Правда? — не скрывая сомнения, спросила Алисия.

— Ну конечно! Разве это не было заметно по моему обращению с тобой? — Тони сделал шаг по направлению к ней, и Алисия почувствовала инстинктивное желание отступить. — Я открыто тебя защищал — дома, в полиции и в свете тоже… Бог свидетель: я всегда обращался с тобой, как со своей будущей женой… Ни о чем другом у меня никогда даже и мысли не было!

Алисия пристально посмотрела ему в глаза.

— Вот неожиданная новость! Жаль, что тебе не пришло в голову сообщить мне об этом раньше…

— Разумеется, я ничего такого раньше не говорил! — Его громкий возглас потонул в ночи. — Ты сама вспомни, каким чувством пытался воспользоваться Раскин, чтобы тебя шантажировать?

Алисия растерянно взглянула на него.

— Я вовсе не хотел, чтобы ты согласилась стать моей женой только лишь из чувства благодарности, — виконт помахал указательным пальцем перед ее носом, — и поэтому заставил себя подождать с предложением до тех пор, пока ты не перестанешь чувствовать себя обязанной мне!

Тони ощущал какой-то прежде неведомый ему страх; гнев и бессильная ярость охватили его, и в душе он испытывал чувство обиды. Он все сделал правильно, но злой рок все же ухитрился завести его в тупик. Тем не менее, до его сознания постепенно стало доходить, что он ее еще не потерял: просто ему надо найти дорогу через ту трясину, на которую его вывела неверная судьба.

— И вообще, — Тони продолжал наступать на нее, — что я, как ты думаешь, делал все последние недели? Скажи мне — кто я, по-твоему?

— Ты — аристократ, — ответила Алисия, смело глядя ему в глаза. — Люди вашего круга часто заводят себе любовниц, это всем известно. Или ты скажешь, что у тебя никогда их не было?

У Тони на лице задергался мускул.