— Стррррррашно? — осведомился этот милаха.

— Очень, — с трудом сдержав улыбку, я кивнула.

— Я хищнеггг! Вампирррр! — продолжал малыш, раскачиваясь на ветке вниз головой — с двумя ушками, глазками-бусинками и парой крохотных клыков, один из которых рос криво, добавляя ему обаяния.

— На самом деле, он летучая мышка, — шепнула Пружинка.

— Неправда! — возмутился фамильяр. — Я летучая лисица! И я хииииищнегггг! И… Ай! — сорвавшись с ветки, он шлепнулся на мои ладони, которые успела подставить в последний момент. — Пасябушки! — отряхнулся и вгляделся в меня. — А ты кто?

— Это моя мачеха, — представила нас девочка. — Лола, а это Шушик.

— Шушик Шустрикович, — поправил он и важно кивнул, шаркнув лапкой по моей руке, отвешивая церемонный поклон. — Приятно познакомиться, миледи!

— И мне приятно, — улыбнулась ему. — Будем дружить?

— Непременно будем! — он вспорхнул с моей ладони и приземлился на плечо. — Тогда зови Шушиком, друзьям можно!

П-пух! И он исчез! Ух ты, и правда, магия!

— Все фамильяры тут живут, да? — я обвела глазами постройки.

— Да, и это все-все папа сделал, сам! — похвасталась Пружинка. — У него золотые руки, все так говорят.

— А где он, кстати?

— Слышишь?

Я прислушалась. Да, какие-то равномерные удары.

— Это он! — девочка снова взяла меня за руку и потащила за собой. — Пойдем, сама увидишь!

И я увидела — сначала навес из кольев и досок под соломенной крышей, а потом и его самого, моего демона. Наполовину обнаженный, он легко взмахивал огромным молотом, обрушивая его на раскаленную добела заготовку на наковальне. Мышцы, играя под атласной, лоснящейся от пота кожей, упруго ходили ходуном, делая мужчину похожим на сильного, опасного хищника. Огонь из горна создавал вокруг демона алый ореол.

Я замерла, попросту любуясь и ни о чем не думая. Это же настоящее искусство — быть таким красивым!

Наверное, так бы и пялилась, если бы не поняла, что он, в свою очередь, уставился на меня. Нахмурившись, подхватил щипцами выкованную штучку и опустил в бадью с водой. Раскаленное железо зашипело, оглушив, и помогло выйти из ступора. А потом Янур перевел взгляд на Пружинку и…

Зашипел еще громче железяки в воде!

— Ты чего? — пробормотала я.

— Кто расплел ей косы?! — процедил сквозь стиснутые зубы, не сводя глаз с локонов дочери.

— Я расплела.

— Верни, как было!

— Зачем? Ей больно было от тугой косы.

— Верни, сказал!

— И не подумаю! У меня нет привычки издеваться над детьми!

— Я приказываю сделать, как было! — яростным рыком сорвалось с его губ, но потом я подхватила бадью с водой и с удовольствием выплеснула в его лицо.

Демон замолчал, обтекая.

Расприказывался он тут, видите ли!

— Охладился? — осведомилась, изогнув бровь. — Рада за тебя. А теперь успокойся. Ты ребенка пугаешь.