— Тихо, дура! — рявкнул Стаффорд. — А то нечаянно перережу тебе глотку, и тогда наследниками земель станут дети твоего черта! Как думаешь, долго ли они проживут после того, как твой убитый горем папочка — то есть я — оформит опеку над ними?

— Это же дети, как ты можешь?! — прошептала потрясенно. — А девочка вообще твоя дочь!

— О, ты и это выяснила? — он хмыкнул. — Ну, если честно, то там неясно, чья она. У Элис все же еще и муж был. Наверное, и ему иногда что-то по ночам перепадало.

— Ты на личико малышки посмотри, сразу поймешь!

— Тогда удобно было бы предъявить ее суду, как наследницу земель. Но увы, внешнее сходство не аргумент. И вообще, не искушай меня, тебе жить надоело?

— Я согласен, бери мою жизнь, но оставь в покое Лолу и детей, — вмешался Янур, сделав шаг к нам.

— Нет! — снова крикнула я, забившись в руках бывшего отца.

— Не забывай детка, что именно папочка учил тебя приемчикам самообороны, которые ты сейчас пытаешься применить, — шепнул Стаффорд. — Не дергайся, и так уже все горло в порезах, мало тебе?

— Делай, что хотел, — мой муж развел в руки в стороны. — И отпусти ее. Я готов!

— А я нет! — раздался яростный крик за нашими спинами.

И через мгновение бывший отец ахнул, вздрогнув всем телом.

Янур рванулся ко мне, вцепился в его запястье, оттолкнул меня в сторону, уведя из-под лезвия. Упав, я тут же вскочила на ноги и замерла, глядя на Стаффорда, который лежал на земле с ножом в спине. Он попытался подняться, но сколько ни опирался на руки и не старался подтянуть к себе ноги, у него ничего не выходило.

— Ты?.. — перевела взгляд на Соломею, которая стояла над ним.

— Говорила же, лишь я его берегла! — бросила она, кивнув на замершего рядом Янура. — А ты, брак с тобой едва не стоил ему жизни! Я молчала, подыгрывала этому гаду, стараясь спасти единственного мужчину в моей жизни, который стоил того, чтобы за него бороться. Но ты едва не испортила все!

— Спасибо, — прошептала я.

— Лола! — ошарашенный муж бросился ко мне. — Ты вся в крови!

— Просто царапины, — провела рукой по шее, в нескольких местах порезанной Стаффордом.

Посмотрела на корсаж, пропитанный кровью. В нос ударил тошнотворный «железный» запах крови. Ну, может, не царапины, а порезы.

— Как жаль, что он уже сдох! — рыкнул Янур, кинув взгляд на неподвижное тело того, кого я считала отцом. — Убил бы с удовольствием! Присядь, любимая, — он подвел меня к камню и оторвал кусок от своей рубахи. — Не больно? — осторожно наложив ткань мне на шею, спросил, хмурясь.

— Все хорошо, родной.

— Бессовестные! — Соломея скрипнула зубами, с завистью глядя на нас. — Милуются прямо передо мной, жестокие!

— А ты чего хотела, ведьма? — презрительно выплюнул Янур, прижав меня к себе.