А руководство местной милиции добровольно согласилось принять удар на себя и сделать вид, что не справляется с криминальной ситуацией в городе, потому что всем им за это были обещаны теплые места при новой власти, куда более доходные, чем нынешняя государственная зарплата. Поэтому на столь серьезные и тяжкие преступления и оказался брошенным неопытный и ничего не умеющий Сережа Лисицын, а как только он показал первые молочные зубки, его тут же убрали в участковые."

"Теперь до меня полностью дошел смысл того, что я с помощью Юры Мазаева увидел на кассете Николая Федоровича Вернигоры.

Убеленный сединами ветеран показывает на чертеже какую-то точку, помечая ее крестиком. Это чертеж моста, а точка – место, куда нужно закладывать взрывчатку, чтобы мост наверняка рухнул. Двое мальчишек под руководством отставного военного собирают какой-то механизм. Думаете, они моделированием занимаются? Я тоже так подумал, когда смотрел в первый раз. А Мазаев мне сказал, что это взрывной механизм, причем вполне профессиональный. Еще одна схема, которую даже я опознал как поэтажный план здания, наивно полагая, что в клубе занимаются юные электрики или юные строители. Ничего подобного. Крестиком на плане отмечено место, где должен находиться источник возгорания, чтобы все здание в минимально короткие сроки оказалось охвачено огнем.

Мальчишки занимаются военно-прикладными видами спорта. Похвально? Еще как. Они не только учатся быстро бегать и высоко прыгать, ловко ползать и отлично плавать с аквалангом, они учатся обращению с оружием и взрывчаткой. Они водят машины всех категорий. Они не боятся высоты, прыгая с парашютом и балансируя на выдвижных лестницах.

В умелых руках они вырастут молодыми людьми, которые будут достойно носить офицерские погоны, войсковые или милицейские. А в недобросовестных руках в кого они превратятся? Впрочем, похоже, для некоторых из них это превращение уже произошло.

Итак, шофер Заваруев и пенсионер Сокольник. Как к ним подобраться? Прийти и потребовать объяснений? Глупо. Сокольник может оказаться, например, дедом мускулистого Лехи, и свой интерес ко мне он объяснит тем, что внук на меня нажаловался: мол, поймал, руки заломил и приставал с глупыми обвинениями.

А если он и не родственник, то может сказать, что они там, в своем клубе, борются с детской безнадзорностью и поэтому считают своим долгом защищать подростков от плохих дяденек, которые к ним пристают. Нет, Александру Петровичу Сокольнику мне пока предъявить нечего. Маловероятно, что он окажется тем самым пожилым мужчиной, который брал у Толика Гущина фотоаппаратуру.

Теперь шофер. На него надо натравить Сережу Лисицына.