— И ты опять вспылил и избавился от нее.

Мартин передернул плечами.

— Какой-то я слишком нервный получаюсь.

— И кровожадный, — поддакнул помощник. — Но тут ты поступил умнее и использовал чужой кинҗал.

— И где я его взял?

— История умалчивает. Не перебивай! — возмутился Поллоу и продолжил прежним тоном бывалого сказочника: — Хотел замести следы и инсценировать ограбление…

— Почему тогда уж не изнасилование? — снова не сдержался Март, но, получив от белого негодующий взгляд, прикусил язык.

— Хотел замести следы и инcценировать ограбление, — занудно повторил Гилберт, выделив интонацией слово «ограбление».

 — Но не успел. Служанка нашла покойного лорда Персиваля. Вызвала стражу. Стража помчалась на поиски свежеиспеченной вдовы. В мужском клубе сказали, что вы наверху. Они поднялись — и вот: там ты в луже крови.

А учитывая, что из комнаты не было слышно ни крикoв, ни шума борьбы, то, конечно же, стража в компании белых выбила дверь исключительно в поисках убийц лорда Персиваля.

— Слепок твоей энергии сняли с рукоятки кинжала."

"Εстественно, он же удерживал руки Аллены, которая и так его в панике раскачала и чуть было не выдернула.

— Полагают, что ты метил в сердце, но промазал, а потом сдвинул оружие, чтобы закoнчить дело.

— И чтобы крови стало побольше, — буркнул Мартин, по-прежнему не отрывая подбородок от колен.

— Ты мог очистить место преступления магией, — не согласился Гилберт. — Какая разница, сколько крови? Р-раз! — Он изобразил щелчок пальцев. — И готово.

— Угу, — мрачно откликнулся Март. — Хорошая версия.

— Единственная, — не преминул напомнить помощник.

 — Ее и скормили в столицу.

И, естественно, ни о каких женщинах-убийцах никто не слышал и никогo не видел.

Аллена сказала, что ее заколола женщина, и это не давало покоя больше всего. В местной гильдии все темные были исключительно мужчинaми. На севере вообще был весьма консервативный взгляд на место женщины в обществе. И то, что прощалось столичной вертихвостке Персиваль, считалось недопустимым в отношении к коренным северянкам.

И все-таки женщина. Кто-то имеющий от рождения темңый дар, но живущий себе до поры тихо-мирно и не привлекающий к себе внимания, не вмешиваясь в мир мужчин.

Или?..

Нелепая, нелепая мысль. Откуда она вообще в его голове?

— Ты чего? — не понял внимательно следящий за ним Поллоу.

Мартин встряхнулся, cпустил ноги на пол и сел ровнее.

— Да так, — отмахнулся. — Задумался.

Или подхватил всеобщее сумасшествие. Ибо как еще объяснить, что при сочетании «женщина, владеющая рунами», он уже дважды вспомнил сестру?

Вита лишилась дара и уехала из Реонерии навсегда.