Правда, подобные сведения можно было бы отыскать и в туристическом путеводителе… Но кто из нас не позволяет себе таких маленьких хитростей?

Продолжая негромкую беседу, оба прохожих подошли ещё к одному ряду могил.

— Смотрите, Герберт! — указал рукою младший из них. — А вот про это надгробие могу рассказать уже я!

— Вы бывали тут раньше, Вальтер?

— Нет, но я видел фото в газете! Это могила Гауптмана фон Мекка!

— И чем таким знаменит этот офицер? — с легкой долей пренебрежения спросил его товарищ.

— А вот спросите хоть у смотрителя! — ткнул рукою Вальтер в сидевшего на скамейке человека в строгом одеянии и фуражке.

Услышав, что к нему обращаются, тот поднялся и отвесил уважительный поклон. Сохранившаяся выправка и подчеркнуто опрятный внешний вид выдавали в нем отставного солдата.

— Чем я могу быть вам полезен, майне херрен?

— Э-э-э… — с сомнением посмотрел на него Герберт. — Вот, мой коллега уверяет, что я должен был видеть этот памятник в газете… Чем же он таким знаменит? Гауптман… возможно, что и достойный человек… но…

— Прошу извинить меня, мой господин, но ваш товарищ прав! Гауптман фон Мекк погиб в бою с превосходящими силами противника, нанеся ему тяжкие потери!

— Война… — развел руками старший из прохожих. — Мы все исполнили свой долг!

— Посмотрите на дату, любезный господин!

— А что в ней не так? — подслеповато вгляделся в табличку тот. — Не вижу…

— А вы подойдите поближе…

Герберт не заставил себя упрашивать и вскоре разглядывал надгробие почта вплотную:

— Хм… тридцать восьмой год? «Пал смертью храбрых в битве с английскими солдатами?» Где ж это он погиб?

— Здесь, в Дюссельдорфе, и погиб, — наклонил голову служитель. — Вступил в неравный бой с английскими шпионами и убил семь человек! А оставшиеся не успели убежать и были задержаны полицией.

— Надо же! — удивлённо покачал головою прохожий. — Истинно немецкий офицер! Я смотрю, за могилой ухаживают…

— Да, мой господин. Сослуживцы покойного пожертвовали на эти цели некоторую сумму…

— И я хотел бы внести свою скромную лепту, — достал свой бумажник Герберт. — Вот, прошу принять…

— И что вы там такого увидели? — поинтересовался Костриков, когда они, выйдя из ворот кладбища, свернули за угол. Траурные повязки уже исчезли с рукавов их одежды и упокоились в ближайшей урне.

— На фотографии покойного есть надпись… «01.1936».

— Есть, — подтвердил молодой чекист. — Спросили бы меня, я бы вам давно про это рассказал.

— А что обозначает это число?

— Дата съёмки?

— Это в летней-то полевой форме? На фоне берёз?

— Гм… да…

— Первая наша встреча с Проводником состоялась одиннадцатого января тридцать шестого года. Именно столько рейхсмарок — одиннадцать, я и отдал служителю.