Один из бойцов встал у ограды, второй быстро вскарабкался ему на плечи и махнул на ту сторону. Чума ещё что-то сказал, отвлекая внимание сторожа, потом пошел к свои пацанам. Один подставил сцепленные руки, чтоб было куда ногу упереть, второй подхватил сверху.

По другую сторону забора стоял высокий ящик из почерневших досок, работяги знали, где удобней перелезать. Потом втащили за руки и остававшегося внизу бойца. С высоты трех метров территория комплектовочной базы выглядела не столь бестолково загроможденной. Чувствовалась определенная система, по которой группировались грузы. Наверное, их сортировали по объектам поставки.

Отсюда хорошо был виден и корпус лесобазы с узкими окошками из стеклоблоков. В одном из окон, расчищенном от стекляшек, копошились люди. Неподалеку пологой дугой выгибался длинный железный навес. В эту сторону следовало двигаться. Но указать направление Чума не успел.

Из узкого окошка звучно хлестнул протуберанец пламени. Даже здесь, на расстоянии метров в триста, был ясно слышен гул огня. Все трое так и застыли с разинутыми ртами. Что и говорить, зрелище было жуткое. И до них не сразу дошло, что копошившиеся в окошке люди были бойцами их команды, а огромный язык пламени слизнул их, как хлебные крошки с губы.

– Уйдет, падло! – первым очухался Чума и принялся слезать с ящика, цепляясь руками и ногами за проломы в почерневших досках. – Паука упустим!

Его подчиненные, с трудом оторвав взгляд от завораживающего огненного действа, заторопились следом. Жаркое марево колебалось над крышей корпуса. Клочья сажи летали в воздухе. Гудело пламя, а вскоре к этому низкому звуку примешался истошный вой пожарных сирен. Видать, пожарная часть базировалась где-то поблизости.

Пробегая мимо пожарного щита, Чума сорвал длинный железный багор с кольцом на конце. Другому бойцу достался лом. Больше на щите нечего не оказалось. Это характерно для складского пожарного инвентаря. Неохота кладовщице или грузчику идти за топором, снимают пожарный со щита, распечатывают ящик, а топорик потом так и бросают где-нибудь.

Ориентируясь на высокий столб огня и дыма, все трое бежали к корпусу параллельными ходами между ящиков и штабелей. Второй боец тоже нашел себе подходящую штакетину и воинственно размахивал ею на бегу. Когда добрались до корпуса, пламя хлестало уже из всех окошек. Стеклоблоки не выдержали адского жара, полопались. Остатки расплавились и стекли вниз.

Загораживая выставленным локтем лицо от нестерпимого жара, Чума высунулся из-за ящика. На земле валялся обугленный труп и тихо курился сизым дымком. Кто это такой, понять было абсолютно невозможно. Ни одежды, ни волос, ни татуировок – сплошная поджаристая корочка.