— Я всего лишь выполняла свою работу.

Я затосковал: эти двое могли бесконечно придаваться словесным играм, а я должен торчать рядом и пытаться соответствовать.

Но тут послышался мелодичный звон: Янака стучал серебряным ножичком по бокалу с шампанским…

Все собрались в центре зала: я, Фудзи, Соболев, Белый Лотос… С облегчением и радостью я увидел Коляна: одетый в просторный смокинг, сейчас он напоминал бизнесмена средней руки. Фужер с шампанским в его лапище казался игрушечным.

Водитель Соболева дружески мне подмигнул. Я в ответ чуть улыбнулся.

По возвращении на Ёшики тебе светит только офисная работа, Чёрный Лис.

Ну и фиг с ним. Когда ещё это будет…

Давно доказано: гормональный фон влияет на принятие решений. А сейчас мой мозг просто КУПАЛСЯ в озере из подростковых гормонов.

— Мы собрались, — торжественным голосом начал Янака, — Чтобы отпраздновать воссоединение семьи, — он бросил взгляд на Соболева, затем — на меня. — Спустя долгих десять лет, мой добрый друг Алексей-сан обрёл наследника, — Янака многозначительно помолчал. — Семья — это очень важно, господа, и вы все это знаете, — теперь он посмотрел на Хякурэн. Девушка в ответ улыбнулась. — Каждый из нас мечтает иметь продолжение в своих детях. И о том, чтобы дети были достойны того наследия, которое мы им оставляем. Так выпьем же за отцов и детей. За ту пропасть, что всегда лежит между ними. И за мост, который каждый, кирпичик за кирпичиком, должен выстроить в своём сердце.

Я осушил свой бокал одним махом.

Неплохо. Чуть кисловатое, на мой вкус, но в целом — очень хорошее шампанское. Чувствуется, что сделано оно как положено: из виноградного сока, выдержанного в бочках, а не сублимировано из сухого порошка, выданного субмолекулярным принтером…

Мне очень хотелось поговорить с хякурэн. Но её тут же оккупировал Фудзи, причём, по лицам обоих можно было догадаться, что говорят они вовсе не о светских пустяках.

Ко мне подъехал Соболев.

— Рад, что с тобой всё в порядке, — сказал он так, словно действительно считал родственником.

— Полагаю, импровизированный спич Янаки был предназначен для меня, — не зная, куда деть пустой фужер, я вертел его в руках. — Напоминание об обязательствах, и всё такое.

— Итиро Янака много лет служит моей семье, — сказал князь. — Нет, не так: Итиро Янака много лет является ДОБРЫМ ДРУГОМ семьи Соболевых. Когда моя дочь объявила, что выходит замуж за принца Антоку… — лицо его чуть потемнело, но Соболев тут же овладел собой. А я не сразу сообразил, что он говорит о моём отце. Точнее, об отце Володи. — Они вместе учились. В Москве. Наташа поступила на факультет международных отношений. К тому времени она прекрасно знала японский — культура Ямато её завораживала.