Повинуясь инстинкту, она поглядела на большой черный шатер и увидела Ранулфа, в одной лишь белой набедренной повязке. Когда он посмотрел в ее сторону, она быстро перевернулась на живот и сделала вид, будто спит. Ранулф уселся под дерево, неподалеку от нее. Лунный свет играл на бронзовой коже, и она заметила, как уныло опущены его плечи… не столько от усталости, сколько, возможно, от печали.

Ей страстно захотелось броситься к нему, прижать его голову к груди, утешить, успокоить.

Наконец он встал, зевнул и потянулся, так что на руках напряглись сильные мышцы. Лайонин слегка вздрогнула и закуталась в грубое одеяло, ибо идею утешить его вытеснили другие, куда более сильные чувства.

Они снова пустились в путь на рассвете, и Лайонин, сидя на маленьком ослике, сонно клевала носом. За обедом женщины буквально вешались на шею Ранулфу. Лайонин сердито швырнула железный котелок обратно в фургон. И тут Ранулф окликнул ее. Он все еще сидел под деревом, но она чувствовала его взгляд.

Лайонин поспешно надвинула капюшон и быстро обернулась к нему. Но Мод уже что-то Шептала ему на ухо. Ранулф даже не попытался отодвинуться и вновь взглянул в сторону Лайонин.

Та продолжала складывать посуду в фургон. Они толковали о ней!

После обеда Лайонин попыталась осторожно вытянуть из Мод, что они с Ранулфом говорили о ней. Смех Мод взбесил ее, но Лайонин поняла: Ранулф ничего не знает о жене, переодетой крестьянской девушкой.

На третью ночь они оставили широкую дорогу и подъехали к замку. Мысль о теплом очаге заранее согрела Лайонин, когда они приближались к каменным стенам и высокому донжону.

Они как раз въехали во двор, когда навстречу метнулся полуодетый мужчина, в исподних штанах и белой льняной рубахе, распахнутой на гладкой мускулистой груди.

Лайонин невольно отметила, как он красив: светлые волосы, широкие плечи и узкие бедра. Он подбежал к Ранулфу, широко расставив руки, и они обнялись, поочередно хлопая друг друга по плечам."

"– Ранулф, при каждой нашей встрече ты кажешься все более уродливым! – смеясь, воскликнул незнакомец.

Лайонин открыла было рот, чтобы возразить, но почувствовала на плече руку Мод. Не так-то легко запомнить, что ты простая крестьянка!

– Зато ты слаб, как девчонка.

Даже еще слабее!

Они снова обнялись, расцеловались и направились к деревянной лестнице, ведущей на второй этаж донжона.

Лайонин нетерпеливо выждала, пока «черные стражи» уйдут за господином. Только тогда ей позволили войти в замок. Ранулф сидел у очага в дальнем конце зала. Незнакомец стоял рядом, лениво облачаясь в поданные слугой одежды.

– Какие новости из Мальвуазена? Я слышал о тебе какие-то истории, но не поверил.

– Какие еще истории? Уверен, что все это по меньшей мере полуправда.