И потащил ее за собой.

***

Маграс шел впереди. Быстро шел, полы подбитого мехом плаща развевались. А ее держал крепко, как Ника ни пыталась вывернуться, тщетно. Единственное, что не давало сейчас впасть в истерику — это то, что она успела спрятать книгу.

Пока эта книга была с ней, оставалась какая-то уверенность, что она сможет выкарабкаться.

Да, она сменит хозяина. Ника уже поняла, что тут от нее ничего не зависит.

Кроме того, что он не сможет ее изнасиловать. Уже что-то.

Но что он сможет? Что?! Бить? Посадить на хлеб и воду? Вынудить? Да лучше она сдохнет!

Наконец бесконечные коридоры закончились. Маграс вытряхнул ее в мощеный плоскими каменными плитами замковый дворик, и Ника смогла хоть осмотреться вокруг себя. Это было не то место, куда привез ее Хряк, но тоже каменный колодец. Во дворик выходило несколько одинаковых кованых дверей, тяжелых и высоких. Двери были открыты.

Они с Маграсом замерли в центре.

Рука опекуна дрожала ощутимо, а ее уже откровенно трясло, от страха и волнения зубы выбивали дробь.

Наконец со стороны одной из дверей послышалось бряцание оружия и тяжелые шаги.

Примечание:

* — имеется в виду фильм Стивена Спилберга «Парк юрского периода» (1993 г.)

глава 13

Казалось, в тот момент она вся обратилась в слух. Даже руку свою, которую зажимал в ладони Маграс перестала чувствовать. Кто-то шел по каменным плитам пола, уверенно впечатывая шаги, что-то позванивало, бряцало оружие. Ника различала множественные оттенки звуков, от легкого дуновения ветра до тяжелого шумного дыхания рядом.

Вместе с этими шагами на нее надвигалось нечто неизбежное. Неизвестное, и потому пугающее. Это — как огромная волна. А в душе выстраивается защитный барьер. Но как ни старайся — не удержать.

Шаг. Еще шаг. Звон металла по камню. Мелькнуло что-то в проеме, ей хотелось зажмурить глаза. Нельзя.

На пороге появился мужчина, и сразу же Маграс выпустил ее руку и вытолкнул Нику вперед. Сердце забухало молотом в ушах и замерло. Очень символично, она осталась перед неизвестной опасностью одна.

И странное дело, вдруг прошел страх. Потому что бессмысленно бояться, она уже часть этого. Пока действо не закончится, ей ничего не удастся изменить или предпринять.

Мысли толкались в голове, неуловимые, быстрые.

Интересно, что будет, если она откажется у алтаря?

А ничего не будет, ее просто не станут спрашивать. Эти мужики уже все решили, а ее поделили, как… как… Злость поднялась изнутри. Хорошая вещь злость, удивительно помогает собраться.

Но у нее еще оставались мгновения до того момента, когда неизбежное накроет ее волной и поглотит. И за эти мгновения Ника успела рассмотреть мужчину, которого ей назначили в мужья. Высокий. Мощный. Лицо суровое, брови хмуро сведены. Борода, густая черная, густая шапка черных волос.