За грудиной давит от безысходности. Моя Лера и Богдан? Вполне возможно. Они же почти целый день вместе.

— Свободна, — повторяю резко. Держу лицо, стараясь не показать собственной слабости. — Еще одна такая выходка, уволю на фиг, — бросаю в спину.

И как только дверь захлопывается, устало откидываюсь на спинку кресла.

Закрыв глаза, пытаюсь унять заполонившую душу боль.

Какого хрена?

Наверняка вранье. Но проверить стоит.

— Дан, — звоню другу. — Заезжай за мной. Я отпустил водителя. А пешком идти не охота.

— Сейчас буду, — жуя откликается Столетов. На заднем фоне слышны голоса. Надин и кажется Лерин.

— Что ты делаешь? — интересуюсь, стараясь унять гадскую суку-ревность.

— Ужинаем. Лера борщ сварила. Ты как раз успеешь…

Вроде бы ничего не значащая фраза. А мне крышу срывает в один момент.

«Столетов окопался в моем доме как хозяин. А я словно гость, забегаю вечерами. Да еще прошу подвезти», — небольшое сомнение моментально заставляет мозги искать улики.

Умом понимаю, что скорее всего Нина наврала. Ей хватит злобы и ненависти. Но почему-то я с мазохистским удовольствием продолжаю раскручивать эту версию. Может всему виной моя собственная привычка проверять каждый факт. Или…

«А Лера тоже изменилась за последние две недели!» — морщусь, вспоминая холодность жены. Уже никто не прыгает мне на шею при встречи. Не тараторит радостно, рассказывая как прошел день. В голосе жены теперь сквозит холодное равнодушие… Даже спим в разных постелях!"

"Беспощадная тоска берет в плен мою душу. Отметает прочь все разумные доводы. Грудь распирает от гнева. А где-то в районе солнечного сплетения скапливает пустота.

Душа болит, как от потери близкого… А от подлой измены больно вдвойне.

Как же я все профукал… Баклан.

Пальцы сжимаются в кулаки. Встав из-за стола, подхожу к окну. Прислоняюсь лбом к холодному стеклу и гляжу размытым взглядом на городскую площадь. Вдали виднеется подсвеченный со всех сторон золотой купол местного храма. Безотчетно нахожу устремленный в небо крест.

И сам до конца не верю в происходящее.

Сунув руки в карманы, раскачиваюсь с пятки на носок. Все пытаюсь представить Леру в объятиях Столетова. Не получается. Один хрен, не могу вообразить чтобы…

«Чтобы что? — стискиваю зубы. — Какого ты повелся на глупые бабьи сплетни?»

На смену тупой ярости приходит здоровая злость.

Ага! Сейчас. Разбежался. Испугали, блин.

Говно-вопрос, когда детективное агентство под задницей. Приставлю к сладкой парочке хвост и все выясню.

Глава 16

16

Никогда еще дорога домой не была такой длинной, а общество таким Столетова тягостным. Умышленно сажусь на заднее сиденье. Так хоть по репе не тресну. Смотрю в окно на сонный провинциальный городишко, возжелавший моего руководства. А я, дурак, поверил, что смогу поднять его на ноги.