Во — первых их легко отследить, а во — вторых ни один еврей не позволил бы себя так нагло обманывать. Ведь за кредит берут процент, пусть и мизерный, но берут ведь. Они даже могут сказать что ""ни — ни, у нас никакого процента нет"", но всегда будет какое-нибудь удержание при переводе или ежемесячное обслуживание или еще что-то в этом вроде. И вот за бензин ты платишь уже не двенадцать баксов, а двенадцать баксов и пятьдесят центов.

Мелочь, скажет кто-то… кто-то, кто не умеет считать. Ведь за месяц пользования кредиткой, таких мелочей может набежать до двадцати баксов.

И это с одного человека! Так что если Дум когда и заведет себе карточку, то только дебитовую.

Алекс мотнул головой — опять он завис. Под аккомпанемент экономических мыслей дошел до кассы, да так и остался стоять с протянутой сотней, пока размышлял на тему банковских хитростей.

Внутри заправка почти ничем не отличалась от Питерских. Разве что наличествовала барная стойка, с повешенными над ней глянцевыми плакатами с едой.

— Мне, пожалуйста, семнадцать литров.

За ""безно — кассой"" стоял невысокого роста афро — американец. В Росии Алекс частенько украдкой смотрел на черных.

Там они для него были какой-то диковинкой. Здесь же он уже не обращал внимания ни на цвет кожи, ни на прически, ни на говорок.

— Шестьдесят четыре, шестьдесят.

Вот вам и дешевый Американский бензин… Получив сдачу, Алекс забрал выданный ему талончик. С ним ему надо будет подойти к жестянке и на пару минут окунуться в канитель прошлого века, но это чуть позже."

"Подойдя к барной стойке, Алекс вчитался в меню. Ну, хоть цены на еду не взывали к самому любимому животному — жабе. Вскоре к нему подошла официантка лет девятнадцати на вид.

Типичная жительница одноэтажных городков, с поправкой на близость к мегаполису. Это означало, что для избалованного видами красивых женщин Петербуржца, она выглядела сравнительно плохо. Для местных же была миловидной шатенкой.

— Не хотите попробовать пирога? — спросила она, доставая из передника блокнотик и карандаш. — Клубничный получился особенно хорошо.

Алекс любил клубнику в любых её проявлениях, потому согласился незамедлительно.

— И будьте добры малиновое мороженное с чашечкой горячего шоколада.

Дум удостоили такого презрительного взгляда, будто он только что поставил подпись в под актом признания собственной инфантильности.

Что ж, ему было плевать. Получив заказ и просьбу подождать немного мороженное, Алекс кивнул единственному посетителю кроме него. Тучный дальнобойщик хрустел жаренным луком и запихивал в себя тройной чизбургер.

Поборов приступ тошноты, Алекс сел у окна. Пустынное шоссе с одной стороны, и древний лес с другой — вот и все его соседи. Уплетая довольно вкусный пирог, Дум размышлял о жизни.