чуть не лишилась чувств.

– Нира Элейн, что с вами? Вам плохо? Дурные известия? – заволновалась Джорджианна, видимо, заметив сошедшую с моего лица краску.

– Нет-нет. Все в порядке. Это София с благодарностями. Просто душно внезапно стало. Налей мне, пожалуйста, стакан воды.

Я хотела отослать горничную на пару мгновений от себя подальше, чтобы еще раз взглянуть на письмо. Судя по почерку, автором являлась женщина. Хотя эту записку сложно было назвать письмом. В ней имелось всего две строки:

«ВАШ МУЖ – УБИЙЦА!

Доброжелатель».

Глава 8.1

Я сделала несколько маленьких глотков холодной воды и понемногу стала приходить в себя.

Потрясение быстро сменилось гневом. Рука непроизвольно сжалась в кулак, комкая ненавистный лист бумаги. Мне срочно требовалось побыть одной и привести мысли в порядок. Иначе ненароком могла выболтать лишнего.

– Джорджианна, оставь меня, пожалуйста, – требовательно произнесла я, едва вернула ей пустой стакан. Заметив растерянный вид горничной, торопливо добавила: – Хочу прилечь ненадолго. Что-то голова разболелась.

– Может, вызвать целителя? – заботливо предложила она.

– Никого не надо звать.

Само все пройдет. Понадобишься – позову, – более резко проговорила я на этот раз.

От меня не укрылось, как задрожал ее подбородок и заблестели глаза. Джорджианна не привыкла к подобному обращению с моей стороны. Но мне сейчас было не до извинений. Потом, когда остыну, непременно заглажу вину.

Девушка поставила стакан на прикроватную тумбочку рядом с графином воды, бросила на меня задумчивый взгляд и покинула спальню. Я снова развернула помятый листок бумаги и несколько раз пробежала глазами по написанному.

«Доброжелатель… Забыла приставку «не» дописать.

Так было бы правильнее», – с каждым мгновением во мне все сильнее распалялось негодование.

Я ощутила, как от злости раздуваются крылья носа, а щеки жжет от прилившей к ней крови. Если Ирэн думала, что, отправив подобную дурацкую записку, сможет рассорить нас, то зря старалась. Возможно, неделю назад я бы поверила в эту сказку. Но не теперь, когда лучше узнала супруга и оказалась невольной свидетельницей их разговора. Марк открыто заявил, что никогда не станет приносить боль другим людям. А разве убийство не причинение боли?"

"Вскочив с кресла, принялась нервно расхаживать по комнате и заламывать руки.

Мне не терпелось поскорее увидеться с мужем, показать ему письмо и получить наконец-таки вразумительные ответы. Но миновал еще час, а Марк по-прежнему не возвращался. Тогда я начала сильно нервничать. Где он запропастился? Не случилось ли с ним чего?

Ход моих мыслей прервал дворецкий, вошедший в комнату после короткого предупредительного стука. Выражение его лица заставило меня забеспокоиться еще больше.