— Так!

— Да ладно-ладно. Молчу. Иди, но имей в виду. Я здесь. В смысле, не в этом номере, а просто рядом. Да, я буду не одна. Но если захочешь, можешь всегда вернуться в наш боевой союз и тот, кто окажется в этот момент около меня, полетит вниз с обрыва. Ступай, побалуйся своей любовью, а когда надоест, возвращайся. Видишь, я щедрая и понимающая. А ещё и терпеливая. Мы взрослые… почти все из нас, взрослые и умные люди и знаем, чего хотим от жизни. И это не пелёнки, дачи с клубникой и вся вот эта пошлая дребедень. Мы хотим успехов в труде, хотим свободы, уважения, поддержки и хороших оргазмов.

Грубо, да? Я говорю грубее, чем думаю, но это для доходчивости. Поверь, жизнь не белая и чёрная. Это только у детей так и у молоденьких невест. Они вообще склонны всё окрашивать в цвета свадебных платьев и свадебных костюмов… И вот ещё что…

Она на мгновенье застывает, а потом порывисто меня обнимает, притягивает за шею и горячо целует.

Вот такие времена…

Думаю, если бы я приехал без Наташки ничего такого не произошло. А тут вон как её прорвало. Твою, как говорится, дивизию…

Я выхожу из номера Новицкой и двигаю к себе. В конце коридора замечаю идущего в нашу сторону человека.

Гвардейцы напрягаются, но присмотревшись опознают в приближающейся цели Анатоля. Вот значит, кому будет предложена дружба и прочие привилегии, включая написание спичей. Ну что же, надеюсь, Толик не против.

— Чего она хотела? — спрашивает Наташка, когда я возвращаюсь.

Она пристально вглядывается в моё лицо. Надеюсь, следов помады на мне нет…

— Ну, она же моя начальница, — пожимаю я плечами. — Хотела обсудить некоторые рабочие моменты.

— В своём номере?

— Наташ… Если ты хочешь что-то узнать, спрашивай прямо, не ходи вокруг да около, хорошо?

— Ну, я вроде и спрашиваю…

— Да, в номере.

В чём проблема? Сейчас туда Толик пошёл. Что тебя беспокоит? Ты, мне кажется, сексуально озабоченная…

— Что?! — у неё челюсть отваливается.

— Да? — я едва сдерживаюсь от смеха. — Я угадал? Ну, конечно, угадал! Кто сегодня очень-очень сексуально озабочен?

— Ты что такое говоришь?! — с обидой в голосе отвечает она.

— Я же вижу, что ты только о сношениях и думаешь.

— Егор!!! Да ты… совсем что ли…

— Только не вздумай кричать!

— Что?!

— Не кричи, поняла? Вообще ни звука!

Она смотрит на меня, как на «Чужого» из фильма Ридли Скотта, а я уже не в силах сдерживаться, начинаю хохотать и набрасываюсь на неё.

Набрасываюсь и сдираю блузку, юбку, лифчик — всё, что нахожу.

— Ни звука! Ни одного звука!

— И кто тут у нас озабоченный? — прищуривается она, принимая меня в свои объятия.

Исступлённо, как зверушки… Я усмехаюсь, вспоминая слова Новицкой. Точно, так ведь и есть…

Ужин проходит по всем официальным стандартам, за исключением присутствия в нашей делегации моей невесты и телохранителей.