– Я в таких делах не специалист, однако ребятишки сказали, что гранату в машину бросили. Но, судя по тому, как она стояла, Олег – он за рулем сидел, – видно заметив что-то, резко затормозил и одновременно развернул машину вправо, чтобы принять удар на свою сторону, вот граната и взорвалась всего лишь рядом с машиной. А Валька, тот, что рядом с Олегом сидел, назад перегнулся и Кольку вниз постарался повалить, собой закрыв. Олежка погиб, а вот Валька, тот, надеюсь, оклемается, хотя у него вся спина осколками утыкана, как ежик иголками. А гад этот гудки наши не мог не слышать. Потому-то, видно, к машине и побоялся подходить, так, судя по следам на кузове, всю обойму расстрелял, причем целил, паскуда, именно в то место, где Колька обычно сидит, и сбежал – там же по обе стороны дороги лесопосадки. Наверное, машина у него неподалеку припрятана была. Подъехали мы, глядим: от Колькиной машины одно название осталось, Олег мертвый, Валька – без сознания, и Колька тоже. Он, видать, головой обо что-то сильно ударился, так что и башка, и лицо у него в крови были, да и костюм тоже. А еще могло осколками с пулями зацепить. Вытащили мы их, Олега на обочине положили, я полицию вызвал и одного парнишку оставил ее дожидаться, других – к Кольке в дом послал, а его самого с Валькой ко мне в машину положили, и погнал я в ближайшую больницу, то есть сюда. Вальку-то быстро прооперировали, а сейчас вот с Колькой занимаются.

– Какие прогнозы по поводу Савельева? – спросил Гуров.

– Только благоприятные, – твердо ответил Погодин.

– Откуда такая уверенность? – удивился Лев Иванович. – Врачи сказали?

– А я им предложил на выбор. – С этими словами Погодин достал одновременно из одного кармана банковскую упаковку тысячных купюр, а из второго – «вальтер». – Разрешение имеется, – предупредил он возможные вопросы Гурова. – Они подумали, посовещались и сказали, что вытащат Кольку. Правда, не больно-то я в их мастерство верю, но, главное, чтобы он жив остался, а уж вылечить мы его потом вылечим.

– А если бы они сказали, что ничего сделать не могут? Что тогда? – опять начал заводиться Гуров.

– А у меня, как и у Кольки, да и у всех нас, слова с делом никогда не расходятся. И они, видимо, это поняли, – спокойно ответил Леонид Максимович.

– Что? Никак лихие девяностые забыть не можете? – не удержался Гуров.

– А я их не застал, другим делом занят был, – равнодушно бросил в ответ Погодин, и Гуров, поняв, что тот в это время отбывал срок, поинтересовался:

– Там и с Савельевым познакомились?

– Колька никогда не сидел, – спокойно ответил Леонид Максимович. – Я с ним встретился, когда в его бригаду нанялся, но это разговор отдельный.

– Хорошо, отложим, – согласился Гуров.