"

"Адвокат Савельева встрепенулась – она уже и не рассчитывала на такую благосклонность Долгалева. В глазах Лизы адвокат увидела ту же робкую надежду, что расцвела и в ее сердце.

Отец Ивановой Е.А. встал. Это был щуплый человечек с рябым невыразительным лицом.

– Это чё, она, типа, со мной жить должна будет?

– Конечно, – удивился судья, – это же ваша дочь.

– Она с моей бывшей раньше жила, чё это ко мне ее переселять? – недовольно спросил отец подследственной.

– Анны Олеговны здесь нет, и она не может подписать поручительство, – поспешила объяснить адвокат.

– От это Анютка круто отмазалась! Знал бы – тоже не пришел! Я живу вместе со своей матерью в малюсенькой однокомнатной квартирке, и ЭТОЙ – ткнул Алексей Александрович пальцем в сторону дочери, – там места нет. Понимаете?!

Судья нахмурил кустистые брови:

– Если вы не готовы отвечать за собственную дочь и выделить ей место под вашей крышей, то она останется в СИЗО и, возможно, останется надолго. Понимаете?

– Места нет, – упрямо повторил отец подследственной, – пусть к матери чешет – у той теперь муж при деньгах, а у меня зарплата слишком мала, чтоб еще одну нахлебницу содержать.

«Совесть у тебя мала, а не зарплата», – зло подумала адвокат.

Лиза Иванова снова с отрешенным меланхолическим видом уставилась в окно, громко чавкая жвачкой.

В итоге суд принял закономерное решение: Иванова Елизавета Алексеевна оставалась в СИЗО на время следствия. Без поддержки законных представителей шансов, что спустя два положенных месяца суд изменит свое решение, у девочки не было.

Лара бегом бежала в здание городского суда – ей надо было забросить в свой кабинет документы и быстро переодеться: выездное заседание заняло куда больше времени, чем она рассчитывала. Лара работала в государственной бесплатной юридической консультации, которая размещалась в здании суда, и юристы которой частенько вызывались государственными защитниками в суды и следственные комитеты. Специализацией Лары были экономические вопросы, но из-за вечной нехватки государственных адвокатов ее частенько вызывали и по уголовным делам, и по гражданско-правовым делам.

На пороге кабинета Лара столкнулась со своей лучшей подругой – Кариной Исоян. Девушки вместе учились в юридическом институте и устроились на работу потом тоже вместе в родном городе на Черноморском побережье. Карина работала в прокураторе, здание которой стояло бок о бок со зданием городского суда.

– Откуда летишь? – спросила Карина.

– Скорее не откуда, а куда. Была на выездном заседании по несовершеннолетним, в очередной раз сделала вывод, что все мужики – сво..., а теперь лечу по личному делу. Дверь закрой на ключ, мне переодеться надо.