Герцог с видимым трудом распрямился, обвел всех безумным взглядом, с надрывом прошептал: «Лара!!!» – и бегом бросился вон из зала, с шумом врезавшись в закрытые двери и распахнув их своих телом. Ошеломленные лица стражников, стоявших у входа в зал, появились в дверном проеме и вопросительно воззрились на короля. Варт пожал плечами и взмахом руки велел опять закрыть двери. Вельможи обеих стран чуток пошептались о необычном инциденте и переключились вновь на обсуждение договора. Леон же подавил в себе неестественное желание броситься вслед за герцогом: у него мороз по спине прошел при имени «Лара» – так ведь Раус называл его Кошку...

«Мне следует сосредоточиться на более важных сейчас вещах, – убеждал себя Леон. – Сейчас речь идет о благополучном будущем всего Картума! Да и что может случиться с Кошкой в моей ванне?! Там ведь даже ведра с водой нет, в котором она могла бы утонуть! Никаких диверсантов стражники на королевский этаж не впустят, придворные тем более в чужие покои на глазах у расставленной повсеместно стражи не войдут, переживать не о чем! Она в самом безопасном на текущий момент месте».

Успокоившись, Леон продолжил пристально наблюдать за выражениями лиц и действиями всех присутствующих.

Прошло три часа."

"В тронном зале закончили обсуждение мирного договора. Оба короля подписали документ, собравшиеся лица поаплодировали правителям, стражники пропустили в зал лакеев, чтобы они предложили вина первым лицам двух государств. Потом слуги по приказу короля покинули помещение, и Варт Зоилар, встав с трона, торжественно сказал:

– Многоуважаемый Рийхет, крупнейшие представители дворянства моей страны и наши дорогие соседи солликийцы, я хочу сделать одно важное объявление. Моим первым наследником я объявляю моего младшего сына – Милора Зоилара. Регентом при кронпринце Милоре вплоть до дня его совершеннолетия назначается всем вам хорошо известный лорд Леон Ардамас. Соответствующий приказ уже готовится к подписанию. Гильдар Зоилар, на правах близкого кровного родственника, будет также по мере своих сил помогать брату управлять нашей большой страной, когда я покину эту бренную землю, – и с улыбкой Варт закончил свою речь стандартной фразой: – Нет ли у кого возражений, уважаемые лорды и господа?

Король Картума напрасно надеялся, что все заинтересованные лица скроют свое недовольство под любезными улыбками и проглотят эту горькую пилюли молча. Встал Первый  Воин Святого Братства – брат Ормонд, в миру лорд Драгейд – и насмешливо-язвительно произнес, растягивая слова и явно наслаждаясь моментом своего триумфа:

– Возражение есть: трон не может занимать ублюдок, даже если он и несет в себе каплю королевской крови!

Громкий потрясенно-испуганный вздох пронесся по залу.