А что, если смерть Холройда — лишь часть большего и куда более мрачного заговора? Тогда злоумышленник вполне мог решить, что стоит избавиться — причем с какой легкостью! — от упрямого и умного наблюдателя, который всегда находился рядом и, раз почуяв зло, уже не успокоился бы. Отец Бэддли попал в больницу еще до того, как услышал о гибели Холройда. Зато когда преподобный услышал, сразу же в полной мере осознал всю значимость того, чего почему-то не видел. И предпринял определенные меры. Позвонил в Лондон по номеру, который ему пришлось выяснять в телефонном справочнике.

И назначил встречу своему убийце.

Дэлглиш быстро прошагал мимо коттеджа «Надежда» и почти безотчетно направился к Тойнтон-Грэйнж. Тяжелая парадная дверь открылась. Он снова ощутил чуть пугающий пряный запах, перебивающий ароматы более мрачные и неприятные. Было так темно, что ему пришлось сразу же включить свет. Холл ярко вспыхнул, точно опустевшая киношная декорация. Черные и белые клетки сверкали так, что резали глаз, — гигантская шахматная доска, ожидающая, пока расставят фигуры.

Дэлглиш шел по дому, включая на ходу свет. Комната за комнатой заливались сиянием.

Он поймал себя на том, что мимолетно касается столов и стульев, будто желая подержаться за дерево на удачу, оглядывается по сторонам настороженным взглядом странника, тайком вернувшегося в опустевший дом. А в голове продолжали становиться на место куски головоломки. Покушения на Энсти, последний и самый опасный эпизод в черной башне. Сам Уилфред предполагал, будто это новая попытка запугать его, заставить продать поместье. Но предположим, цель была совсем иная — не закрыть Тойнтон-Грэйнж, а, наоборот, упрочить его будущее? А учитывая быстро оскудевающие ресурсы Энсти, не существовало иного пути, кроме как передать приют организации, более стабильной финансово и уже крепко стоящей на ногах. И Энсти не продал дом. Последнее, самое опасное покушение твердо убедило его, что виновник не принадлежит к числу пациентов, а значит, мечте Уилфреда ничего не грозит. Поэтому он с легким сердцем передал свое наследство в иные руки. А значит, Тойнтон-Грэйнж продолжает осуществлять свою миссию, паломничества не прекращались. Уж не этого ли с самого начала добивался тот, кто лучше всех знал плачевное финансовое положение приюта?

Поездка Холройда в Лондон.

Он явно узнал во время этой поездки нечто важное, и это знание не давало ему покоя и в Тойнтон-Грэйнж, постоянно будоражило его. Не это ли знание стало для него роковым? Что, если после своего открытия он сделался опасен для злоумышленников? Сначала Дэлглиш предполагал, будто Холройду что-то рассказал его поверенный — вероятно, нечто относительно финансовых обстоятельств или же положения семейства Энсти.