И фирменные пешеходные дорожки, выложенные ровной плиткой без выпирающих бордюров.

Чуть просунул голову в узость бойницы, пытаясь рассмотреть невидимый оркестр. И увидел, что встали перед перекрестком, и на сопряженной улице происходит какое-то непонятное действо. Рыцарь в сияющих доспехах ведет под уздцы пони, на котором восседает мальчуган лет пяти, одетый под гусара. Улыбается так широко, что даже издали можно разглядеть белизну его зубов, и помахивает блестящей сабелькой в такт музыке. Сами музыканты шагают следом четким строем, на ходу ловко управляясь с громоздкими инструментами.

"

"А возле кабины два незнакомых мужчины в гражданской одежде что-то ожесточенно втолковывают грязно ругающемуся Финну.

– Что за дела? – громко спросил Карат. – Почему стоим?

– Детский парад это, – издали ответил Юпсик. – Он тут каждый месяц проводится, если не чаще. Сынок Карбида открывает шествие – важное дело.

– Ага, на белой лошади, – устало добавил кто-то из бойцов. – А нам теперь торчать здесь хрен знает сколько.

– А чего это мы стоим? – спросил другой.

 – Объехать быстрее будет.

Откуда-то спереди приглушенно донеслось:

– Не будет никакого быстрее. Разве не видели, как под конец ехали?

– Да вроде медленно, а что не так?

– А то, что у нас одна передача осталась. Или этот Шумахер сломал, по пустырю гоняя, или сама крякнула. Не знаю. Но ехать мы теперь можем только медленно и только вперед.

– А выйти можно? – взмолился Юпсик.

– Финн прикажет, сразу все выйдем. А пока сидим.

– Как сидеть?!

– Как все сидят – на жопе.

– Но мы уже приехали!

– Приедем, когда до расположения доберемся.

– Может, выйдем?! Тут же заживо запечемся!

– Никто не выйдет. Глянь наружу, там праздник для деток. Толпа потных мужиков в грязном камуфляже праздник испортит, общественность это не одобрит.

– Бред какой-то. Мне вообще-то отлить надо.

– Лей в штаны, никто никого не выпустит. Смирись уже.

* * *Ну вот и все. Носилки с Шустом скрылись за дверью приемного покоя, а Карата дальше не пустили. Он грязный, потный, и вообще, вооруженным лицам, не имеющим гражданства Полиса, в больницу вход запрещен.

Даже его разодранная штанина и засохшая кровь вокруг прорехи никого не заинтересовали. Сегодня пострадали многие, причем некоторые серьезно, и те из них, кого удалось привезти, нуждались в помощи куда больше, чем какой-то поцарапанный снабженец.

Смирившись, Карат направился к казарме. Но даже тут не обошлось без проблем: по пути его остановили два неприметных мужичка, которые так сильно походили на ментов в штатском, что никем другим не могли являться.