– Передай ему, что Карбид огорчен его поведением.

– Пусть по телефону скажет, я ему не мальчик на побегушках.

– И скажи, что свою долю он теперь не получит, – с нажимом продолжил Карат, адресуя эти слова главным образом для сгрудившихся вокруг бойцов, не упускавших ни звука.

Они такое растрезвонят в каждое ухо.

– Это тоже можно по телефону сказать.

– А по телефону можно показать такую интересную картину? – Карат раскрыл ладонь, продемонстрировав маленький белый шарик.

– Это то, о чем я подумал? – спросил Финн, чуть сбавив тон.

– Это награда Карата, – пояснил Смит, завороженно глядя на жемчужину.

– Круто, – кивнул бородач, скорчив при этом неописуемую гримасу.

– Очень дорогая вещь, слишком многих искушает, – сказал Карат и, забросив жемчужину в рот, сглотнул, после чего беззаботно добавил: – А теперь нет. Ни жемчужины, ни искушения нет. Ты не забудь сказать Бирону, что она должна была достаться именно ему, но он сам отказался от своего счастья.

Все собравшиеся вокруг инстинктивно отшатнулись, кто-то потрясенно охнул. Было отчего поразиться: только что у всех на глазах было неотвратимо уничтожено величайшее сокровище Улья.

Ну как уничтожено?.. Его слопал никому не известный рейдер. И теперь он с гарантией получит один из даров Улья. Причем дар этот будет изначально прилично развит, и нет ни малейшего риска побочных последствий. То есть Карат не превратится в урода вроде Карбида или Бирона.

Идеальный жемчуг, и больше здесь добавить нечего.

– Вряд ли ты с ним после такого подружишься, – произнес Финн, таращась на живот Карата так пристально, будто пытался разглядеть там растворяющееся сокровище.

– Винтовку мою прикажи привезти, в «бардаке» осталась. Дико надоело с ней таскаться, но и бросить жалко – достойная вещь.

– Куда привезти?

– Вряд ли мне теперь стоит останавливаться в казарме снабженцев, так что пусть полежит в гостинице, позже туда подойду.

– Хорошо.

Карат, раздвигая притихших бойцов, смотревших на него, как на восьмое чудо света, вышел на мощенную декоративным камнем дорожку, обе стороны которой утопали в причудливо подстриженных кустах, зашагал прочь. Диана, едва успевая идти бок о бок, тихо спросила:

– Этот человек может читать мысли?

– Ты о Смите? Нет, не совсем. Он ментат.

– Как это?

– Мысли он не потянет, а вот определить, правду говорит человек или врет, умеет. Даже в мелочи при нем лучше не врать.

– Я когда поняла, что это чудище не знает, сколько шариков ты должен был принести, сильно разозлилась на тебя. Мог бы приврать, и никто бы не узнал, что одну потратил на меня. Потом догадалась, что с такими людьми врать не получится. Ну да и ладно, все хорошо закончилось, повезло нам. А куда мы идем?

– В больницу.