Даже не понять, веселится он, или это истерика гибрида человека и мертвяка, или невообразимый коктейль из того и другого.

– Карат, ты кем раньше был? Адвокатом по самым безнадежным делам?

– Я много кем был, но адвокатом ни разу.

– Не верю.

– Ну так спросите у своего мистера Смита.

– Может, что-то другое? Тоже юридическое?

– Нет.

– Тем удивительнее. Ты только что рассказал нам, что скормил товар, который не купишь ни за какие деньги, первой встречной девчонке и парой слов убедил, что по-другому поступить не получалось. Да у тебя врожденный талант черное выставлять белым. Знаешь, мне все время намекают, что надо заняться своей внешностью. Кое-что улучшить. И речь идет вовсе не о бритье или модной прическе. Ну ты, наверное, глядя на меня, понимаешь, в чем тут загвоздка.

– Понимаю."

"– Посмотри на эти руки. Они не человеческие. И они огромные. Они могут производить то, что не получается у других ксеров. Это важно для Полиса, и это понимали те, из-за кого я потерял ребенка. По их мнению, это большой соблазн. Вдруг я и впрямь захочу вернуть прежний облик? Всего одна белая жемчужина, и я красавчик. Только вот руки при этом станут обычными, то есть мало на что годными. В прежней ладони не спрятать тридцатимиллиметровый снаряд, а в этой запросто. Сколько ксеров умеют делать обычные патроны? Да таких не счесть. А Карбида знают все, он сам себе снарядный завод, на нем держится Полис. Один белый шарик, и Полис останется без уникального ксера. Понимаешь?

– То есть Бирон думал не о себе?

– Не волнуйся за него, о себе он думает в первую очередь. И то, что Полис останется без снарядов и без торгующих ими караванов, это удар и по городу, и по таким, как Бирон. Они хотят, чтобы я всегда оставался уродом, боятся допускать меня к белому жемчугу, это из-за них мой Кирилл остался без лекарства. В чем-то они умны, но жадность – первая подруга глупости. Все дело в том, что внешность меня не напрягает. Вообще не напрягает. Я ведь или сижу здесь безвылазно, или под охраной бронегруппы выбираюсь ради профилактики трясучки. То есть не шляюсь сам по себе по кластерам. И потому меня не может подстрелить невнимательный рейдер, приняв за зараженного, а ведь это основная причина смертности квазов. Людей с оружием ко мне даже близко не подпускали до этого дня. Никто не называет меня уродом, самые красивые женщины готовы дарить мне свою любовь и делать вид, что без ума от моей распрекрасной внешности. Я дико силен во всех смыслах, ты даже близко не представляешь, какая мощь во мне накоплена. А раз мне не мешает маска урода, так зачем ее снимать таким дорогостоящим способом? И к тому же во вред Полису – месту, в которое я вложил столько сил. Диана, этот человек тебя не обижал?

– Вовсе нет, он очень хороший. Это он меня спас. То есть спасал.