Но тут нет ничего сверхестественного, если можно так сказать, — улыбнулся он своему каламбуру, который никто не понял. — Но что же послужило его быстрой адаптации? А все просто! У Михаила очень эластичные каналы.

Супруги Кутузовы с удивлением посмотрели на меня.

— И все? — сказала Марфа Андреевна.

— И все, — кивнул Сахаров. — Вы, Михаил, уделяете очень много времени прокачке своих каналов. Удивительно! Я такое видел только у высших архимагов. Это же сколько вы медитируете…

— Все свободное время, — отмахнулся я. — Даже сейчас, сижу и гоняю энергию.

Признаю, звучало как сарказм, вот только нихрена подобного.

Мы с Лорой почти на автомате поддерживаем эластичность и расширяем каналы.

Недаром же говорили в начале обучения в КИИМ, что каналы как мышцы, и их постоянно необходимо закачивать. А я люблю тренировки, так что вот. Закачал.

Хотя, признаю, без Лоры у меня бы не вышло.

— Ну как. Я молодец? — сказала Лора за спинами Кутузовых. — Мало того, что сделала все, как ты и просил, так еще и помогла оправдать твой быстрый рост.

Она уперла руки в боки и гордо задрала нос. Ее волосы сами собой начали развиваться, как будто на нее подул легкий ветерок.

Не хватало только красного плаща, и картина маслом готова.

— Это точно? — спросила Кутузова.

— Точнее некуда, — кивнул Сахаров.

А так как все вопросы улажены, то и оставаться нам тут больше нет надобности.

Втроем мы зашли в лифт. И как только двери закрылись, графиня, не поворачиваясь, произнесла:"

"— Кузнецов, если я узнаю, что ты причастен к смерти Рижской, я тебя в порошок сотру.

Я, конечно, все понимаю. Женщина на эмоциях и все такое, но так открыто мне угрожать я не позволю. При условии, что я просто заложник ситуации.

— Марфа Андреевна, мне очень жаль ту женщину, которую убили, но держите себя в руках, — сказал я. — Вы слышали, что ваши данные не совпадают с моими.

— Верно, Марфа, не стоит, — кивнул Кутузов. — Ты сейчас не права.

Марфа Андреевна ничего не сказала, только стрельнула глазами в мужа. Кажется, кто-то ближайшие дни будет спать на диване. Если не в другом доме.

До парковки мы дошли молча.

Там стоял кортеж родовой армии. Марфе Андреевне открыли дверь, и она запрыгнула на заднее сиденье, и процессия уехала.

— Н-да…– выдохнул Сергей Михайлович.

— Может подарить ей колье? Слышал, недавно ювелирный завод выпустил дорогущее украшение…

— Сергей Михайлович, а кто была Рижская для вашей жены?

— Ее учителем и наставником, — он открыл машину, и мы сели. — Давай подкину тебя до дома, раз уж я все это затеял. Ты извини, но проверить надо было.

— Я слышал, что Бердышевы к этому причастны?

Почему бы не поспрашивать, раз есть такая возможность, и Кутузов чувствует вину за свою супругу?

— Да, там мутная история с незнакомцем и смертью агента ОМЗ, — сказал Кутузов.