Виноградова казалась на редкость взволнованной и со следующими словами я понял причину ее беспокойства:

— Эти мерзавцы деньги хотели отнять? От кассы за тобой проследили и решили ограбить

— Да не… — начал я, но женщина уже вскинула руки к потолку и заголосила.

— Это все я, старая дура, запросила у тебя денег перед выходными. Когда всякие лихие люди бродят по улицам и подыскивают праздных гуляк.

— Любовь Федоровна, — я попытался угомонить стенающего призрака, — вы ни в чем не виноваты…

— И то верно, — неожиданно резко успокоилась женщина.

Она поправила волосы, кости перестали просвечивать сквозь прозрачную кожу, а глаза гореть темным цветом.

— Зачем ты на ночь глядя поперся в кассу? Дня на это не нашлось? — женщина уперла руки в бедра и недобро прищурилась. — И сколько у тебя украли?

Я молча вынул из кармана портмоне и бросил его в Виноградову. Призрак ловко поймала вещицу и скользнула пальцами сквозь поверхность телячьей кожи.

— Деньги, — прошелестела Любовь Федоровна и взвилась под потолок.

Она прижала портмоне к груди и закружилась, словно танцуя под только ей слышимую музыку.

Я лишь покачал головой и предложил:

— Оставьте полтинник мелкими купюрами…

— Не многовато? — деловито уточнила женщина, потроша отделения кошелька.

Несколько монет выпали, но хозяйка дома подхватила их потоком воздуха, не дав удариться о пол. Круглые медяки принялись медленно вращаться.

Их Любовь Федоровна вернула в портмоне и вложила с десяток купюр в длинное отделение. Остальные разгладила, сложила в стопку по возрастанию номинала и с трепетом провела по бумаге пальцами.

— Надо вписать сумму в журнал, — с предвкушением протянула женщина и стремглав понеслась прочь.

Любовь Федоровна просочилась сквозь стену, а деньги ударились о преграду и осыпались на пол, словно листья осенью.

— Твою ж… — простонала женщина и вновь сунула голову в комнату, — тук-тук, — обозначила она вежливость.

— Войдите, — усмехнулся я.

Бухгалтерша собрала наличность, вновь сложив ее стопкой, и направилась к двери.

— Бедные денежки… натерпелись вы сегодня… — бормотала она, пока покидала комнату.

Из коридора еще донеслось нечто похожее на воркование, а потом стихло. Затем вновь раздалось возмущенное «Да что ж я…» затем шорох, звук открывания двери комнаты Виноградовой и хлопок от закрытия.

Я сел в кресло и уставился в окно. Позади остался очень долгий день. Он был насыщен событиями и здорово меня утомил. Но к сожалению, этот день еще не закончился.

* * *Квартира в Новом Городе почти всегда пустовала. Но деньги за аренду поступали в доходный дом исправно.