Вспомни сам её слова!

Катя в порыве вновь схватила его за рукав, но Эрик откинул её руку.

— А теперь послушай меня. Ты можешь что угодно думать про кого угодно. Но гадости про неё распускать я тебе не позволю. Просто держи язык за зубами, ясно? Я буду по-прежнему здороваться с тобой в классе, сидеть с тобой в столовке, но мы больше не друзья.

Эрик развернулся и вышел в коридор. Катя его окликнула, что-то ещё торопливо и взволнованно говорила вслед, но он не оборачивался. И ей же лучше, иначе наговорил бы много лишнего.

* * *Своё обещание Эрик сдержал — во время завтрака и обеда он сидел вместе с Катей и Корбутом.

Но молчал, только поздоровался с обоими утром, а больше — ни слова.

Пару раз Корбут к нему обращался с вопросом, но Эрик отвечал односложно, давая понять, что непринуждённой беседы не будет.

Катя к нему и вовсе больше не подступалась. Конечно, это расстраивало. Не могло не расстраивать — он ведь уже успел к ней привязаться.

А после уроков Эрик снова навестил Дину, которая сидела в своей комнате как затворница. Даже еду ей приносила Полина из столовой.

На этот раз препираться с Лизой не пришлось. Обе соседки вышли из комнаты, деликатно оставив их наедине.

Правда, ненадолго. И часа не прошло, как они вернулись, прервав их жаркие поцелуи.

— Нам к тесту по физике надо готовиться, — извиняющимся тоном сообщила Полина.

Уходя, Эрик обменялся с Диной долгим взглядом. Словно хотел наглядеться, чтобы до завтра хватило. Хотя знал — всё равно будет скучать.

А в коридоре, прямо за дверью, он столкнулся с Ником. Тот тоже, видать, хотел заглянуть к Дине, но вдруг передумал. Увязался за Эриком следом.

— Давай отойдём на пару слов? — предложил Никита.

Эрик вопросительно взглянул на него.

С Прочанкиным они даже не здоровались, о чём им говорить? Словно угадав его мысли, Никита продолжил:

— Хочу кое-что тебе про Дину сказать.

— Всё, что мне нужно знать про Дину, я спрошу у неё сам, — бросил Эрик.

— Ну, этого она тебе точно не скажет, — ухмыльнулся Никита. — Ещё и отопрётся. Только… знаешь, всё тайное рано или поздно всплывает.

— Какое тайное? Что ты несёшь?

Никита, поняв, что зацепил-таки его, многозначительно улыбнулся.

— Я всего лишь говорю, что у Дины есть один маленький и грязный секрет. И я могу с тобой им поделиться.

Или не с тобой.

Последнее прозвучало нехорошо. Как намёк на шантаж, может, или на угрозу. В любом случае, решил Эрик, пусть выкладывает что у него на уме, а там уж он с ним разберётся…

— Ну?

— Не здесь же, — продолжал улыбаться Ник. — Давай отойдём куда-нибудь. Поверь, свидетели нам не нужны.

«Вот тут ты прав», — подумал Эрик, мрачно взглянув на Никиту.

49

Они вышли во двор. Там никто не подслушает, сказал Никита.

«Да кому надо тебя подслушивать», — подумал Эрик, глядя на него с лёгкой брезгливостью.