Конечно, Каве тут же попробовала совершить ультрапрыжок, но, увы, все попытки оказались бесплодными. Наконец девушка сдалась и, присев за стол, решила приманить чашку кофе. В конце концов, имеет она право выпить любимый напиток, раз ничего другого просто не остается?

Золотая кофейная чашечка Вордаков появилась мгновенно. От острого и тонкого аромата того самого кофе мгновенно затрепетали ноздри. Запах, ассоциирующийся у Каве с первым открытием тайной магической жизни, с познанием силы колдовства – опасного и притягательного одновременно.

Она вспомнила о своих сомнениях, о приятных и не очень приятных открытиях в этом мире, о дружбе и предательстве, о любви… Запах вордаковского кофе дарил легкую, светлую грусть, а вместе с ней – горькое наслаждение. Вспомнились полузабытые лукавые взгляды и нежные поцелуи, веселые шутки и мучительные обиды, озорные приключения…

Что-то поделывает Алексей Вордак, новоявленный Карпатский Князь? Наверное, вместе с магом Виртусом решает важные государственные проблемы… Скорбит об отце, горит местью к Лютогору… Конечно, ему сейчас есть чем заняться.

Погрузившись в воспоминания, Каве рассеянно взяла чашку за ручку двумя пальцами и вдруг выронила – кофе щедро выплеснулся на блюдце.

К ручке чашки была привязана записка. Каве невольно оглянулась – не подсматривает ли за ней кто, и лишь потом аккуратно развернула крохотную бумажку.

«Продолжаешь таскать наш кофе, Татьяна?» – было выведено красивым почерком.

И подпись: «Леша».

Каве перечитала записку.

В один глоток допила остатки кофе. Перевернула бумажку и написала:

«Не смогла удержаться. Больше не буду».

После этого она переместила чашечку обратным заклинанием: та сразу же исчезла.

Прошло три минуты.

Пять.

Десять.

Все больше волнуясь, Каве наконец решилась «позвать» золотую чашечку назад.

Когда перед ней появилась еще одна порция чудесного вордаковского кофе в той же чашке да еще с новой запиской на ручке, девушка еле подавила радостный вскрик.

Работает!

Новая записка гласила: «Я сильно скучаю по тебе, кофеманка».

Каве перевернула бумажку и написала ответ: «И я».

Зачеркнула одной тонкой линией.

«Немного скучаю».

Зачеркнула еще одной тонкой линией.

«Да, скучаю».

Опять перечеркнула.

А после дописала в самом низу: «А я – нет».

Удовлетворившись столь противоречивым текстом записки, она отослала пустую чашечку с посланием обратно.

Сердце билось тревожно и радостно. Несмотря ни на что, Лешка думал о ней.