А ведь раньше бывало утром сердилась на Илью если по какому то недоразумению просыпался рано и шумел. И поесть вкусно любила. Сейчас даже не могу вспомнить, какие на вкус мои любимые блюда.

— Работа не волк, — пробормотала я выходя. — Не убежит. А вот молоко, блядь, бежит.

А потом пошла в ресторан. Просто для того, чтобы доказать себе — я живая. Вспомнить, какова еда на вкус. И вина выпью, я пусть и молочная, но слава богу, не кормящая.

Наверное, выглядела я после стресса последних месяцев так себе — фейс контроль на входе напрягся. Но глянула я на них злобно и возражать они не посмели. Вечер буднего дня, свободный столик нашелся. Я заказала себе огромный стейк, а к нему — три бокала вина. Сначала ела через силу, потом увлеклась и смогла осилить весь кусок мяса.

От вина предсказуемо расслабило. Снова захотелось к Ярославу. Но раз решила нет, значит нет. Вот справлюсь с молоком, проведу два дня с Ильей, потом пойду. Ярослав сам позвонил.

— Яна, учитывая все, что происходит, скажи мне, насколько с тобой все приемлемо? Я волнуюсь.

Я помолчала. Подумала. Вот, что ему сказать? Точно не правду.

— Все совершенно приемлемо, — ответила я. — Я вина выпила. Спать буду. И звонок по второй линии.

Звонил Антон, но трубку я не брала. Телефон на беззвучный ставить боялась, вдруг насчет сына из больницы позвонят, поэтому всю дорогу до дома ехала под надоевшую вибрацию. К тому времени, когда добралась до постели, хмель выветрился, а с ним и сон. Часы в коридоре тикали. Я вообще любила эти часы. Они очень мне помогали — я всегда в утренние сборы бросала на них взгляд. А сейчас наводят только тоску и уныние, и спешить мне точно некуда — уехал уже мой поезд. Я встала и выковыряла из них батарейку. Засыпать легче не стало, но отчего-то успокоилась. И даже решила — утром поеду к врачу. Только в частную клинику, не хочу вываливать всю подноготную бабушке одуванчику, терапевту моего участка.

— Анализы нужно сдать, — протянула врач общупав мою грудь. — На гормоны.

— Уже, — отрапортовала я. — Все в папочке на столе.

Женщина усиленно ломала над моими проблемами мозг — даже приятно, что теперь это не только меня парит. Между делом я сбегала в лабораторию клиники и сдала мазок молозива на анализ — сделать обещали сразу же, люблю платную медицину.

— На первый взгляд вы совершенно здоровы, — удивилась врач. — Если не считать того, что гормональный фон у вас, как у кормящей матери. Вы когда ели последний раз?

— Вчера.

— А до этого?

Меня поставили на весы. Заставили раздеться. Снова щупали. Отправили к гинекологу. Я лежала на кресле, раздвинув ноги и с тоской размышляла на тему, сколько денег я тут оставлю. А ведь могла бы их на сына потратить.

В конце концов резюмировали, что у меня нервная анорексия.