Она ещё раз вопросительно посмотрела на меня, явно ожидая, что изменю решение. Но я лишь отрицательно покачал головой.

— Береги себя, сынок, — губы Виктории дрогнули. — Я… Мне пора… Я честно старалась и хотела тебя спасти. Но ты прав, ты уже взрослый, глава рода. Прости!

Она развернулась одним плавным движением. Чёрные волосы взметнулись следом, словно вороново крыло. Каблуки отбивали чёткий ритм по бетону, пока её фигура не растворилась в темноте за дверью.

— И что это было? — спросил сам себя, пытаясь собрать мозаику из обрывков информации."

"Тётя-близнец по имени Василиса. Какая-то давняя история с дедом и отцом. Клятва, не позволяющая рассказать подробности. И угроза смерти, нависшая надо мной. Снова… Почему всё в этом роду должно быть настолько запутанным?

Хорошо бы узнать, за что меня хотят лишить жизни — тогда будет проще, хоть подготовлюсь. А то как-то неловко умирать, не зная причины.

Вернулся к номеру. Ключ нырнул в замочную скважину. Я повернул его и застыл на пороге: Лампа стоял посреди комнаты, сжимая швабру дрожащими руками. Выглядело так, будто он пытался принять героическую позу, но колени тряслись, и древко ходило ходуном, выписывая в воздухе замысловатые узоры. Откуда он в номере швабру достал — отдельный вопрос.

— Ты чего? — спросил я, двигаясь к нему.

На всякий случай активировал источник. Магия потекла по каналам. Лёд и яд уже были готовы к освобождению.

— М-м-м-м… — только и смог выдавить паренёк.

— А более связно? — положил руку ему на плечо и увидел замечательную картину.

Ам… Вот его точно надо на мясную уху пустить! Собака, развалился на кровати, как король, свесив одну лапу на пол. Храп стоял такой, что пузыри изо рта пускал, а чешуя поднималась и опадала в такт. Ольга, даже не подозревая об опасном соседстве, закинула на него руку и мирно посапывала.

Паучки на потолке замерли, словно зрители в театре перед решающей сценой. Один даже прикрыл глазки лапкой.

— Мо-о-о-онстр-р-р! — завопил Лампа и бросился к кровати с поднятой шваброй наперевес.

Пацан уже заносил своё грозное оружие. Я дёрнулся за ним — хрен знает, что будет, если разбудит тварь и та решит закусить рыженьким. Попытался перехватить, когда палка уже опускалась. Удар!

— А-а-а-а! — закричала Ольга и кубарем скатилась с кровати, запутавшись в одеяле, как гусеница в коконе.

— Фу! — рявкнул я на всех.

И, словно в игре, фигуры замерли. Честно, еле сдерживался, чтобы не засмеяться. Во время удара Ам проснулся и по-джентльменски подвинул девушку. Я немного изменил траекторию, и Лампа заехал Ольге по мягкому месту. А та, судя по звуку, ещё и головой приложилась при падении.

— Кто?.. — Смирнова вскочила, потирая пострадавшую часть тела, всё ещё замотанная в одеяло. — Лампа? — её глаза округлились от удивления.