У Лалеаны были прекрасная пышная шевелюра, так что я могла с уверенностью сказать, что обед пропустила… и Тиммиан за мной так и не зашёл.

Я остановилась напротив напольного зеркала и улыбнулась непривычному отражению.

– Какая же ты молоденькая, – жалость разлилась у меня в груди.

Ясные голубые глаза Лалеаны смотрели на мир слишком уж наивно. Немудрено, что у такой очаровательной куколки нашлось сразу столько защитников. Я до сих пор понять не могу, чего Гефрану не хватало!? Такая прелестница – и истинная! Да я на его месте Лали на руках бы носила! А то, что девушка – приземлённая, так это тоже не проблема.

Мог нанять для неё учителей, мягко намекнуть, что при его должности Лали должна знать все тонкости этикета и политики. Лавочница его так любила! Она бы мироздание познала, только бы муж улыбнулся, с гордостью глядя на неё!

Топнув ножкой, отвернулась от зеркала.

«Хватит. Пусть горит в собственном Аду одиночества этот ящер. Больше я о нём вспоминать не буду!»

Заплела французскую косу, слишком уж юной и беззащитной я выглядела с распущенными волосами, надела боевую форму, включающую кожаные штаны, белую рубашку с высоким воротником и обалденный длинный до попы бордовый китель, после чего вышла из комнаты.

Дожидаться Тиммиана, как тот просил, не стала. И так обед проворонила.

«Хватит с меня мужчин! Я – сама по себе и должна научиться обходиться в новом мире, в новом теле и в новой жизни без посторонней помощи! Как на Земле!»

На верхних этажах слышался мужской смех и громкая возня. Боевики обживали новую территорию. На сегодня набор завершён. Осталось три дня для того, чтобы запрыгнуть в последние вагоны.

За это время я планировала изучить академический городок и обязательно посетить библиотеку. Очерк автора о правилах и законах академии, который я прочитала в дороге, конечно, хорошее подспорье, но лучше бы найти действующий устав. Найти и изучить до дыр. Пусть у меня договор с безупречными условиями обучения, но я просто обязана знать, на что имею право, а где лучше не высовываться.

Я планировала обращать на себя как можно меньше внимания.

То, что с последним выйдет полный провал, я поняла практически сразу, едва переступила порог общей столовой.

Она находилась, как и говорил Тиммиан, в учебном корпусе, на первом этаже. Собственно, те красные двери с выпуклыми птицами, похожими на павлинов, вели именно в буфет. В прошлый раз я эту красоту не заметила, потому что двери успели распахнуться раньше моего приближения.

От дымки-перехода не осталось и следа. Зато появились длинные ряды стеллажей с огромным разнообразием еды и несколько десятков столов на тридцать мест.

Сначала меня не замечал никто.