На затекших ногах добираюсь до окна, открываю створки и несколько минут просто дышу, чтобы успокоиться. Глаза слезятся, невозможно сфокусировать взгляд на дальних предметах. Без зеркала знаю, что они красные и воспаленные.

Еще одна обычная ночь, такая, как сотни предыдущих. И ярость! Бешеная ярость, что там, в «Данте», продолжаются сражения, что ты там нужен, но обречен находиться в реальности, которую ненавидишь всем сердцем. Не потому, что плохая, а потому что она - не «Данте». Все, что не «Данте» - не имеет значения. Нужно срочно вернуться обратно. Помню, что упустил момент, когда у меня начала расти борода, просто не помню, в каком возрасте.

Не до этого было. Вообще плевать.

Реальная жизнь всегда недотягивала до виртуальной, оттого пробуждения с каждым разом происходили болезненнее.

Крепче обнимаю Малику. Мне нравится прижимать ее к себе, рядом с ней впервые после распада «Данте» я чувствую себя значимым. А еще мы с Элен похожи, нас обоих однажды лишили зоны комфорта, что в подростковом возрасте чревато большими проблемами, поэтому относимся к странностям друг друга снисходительно.

Иллюзия счастья почти осязаема.

Девушка, которая мне действительно нравится, гладит меня пальчиками по груди и не собирается уходить, несмотря на то, что я не могу помочь ее сестре.

Что за сумасшедшие сутки! Когда я спал в последний раз?

Мой личный конец света отдыхает рядом. Одеяла нет, как и простыней, как и подушек. Испорчено было все - выносили, выгребали, выбрасывали. Уцелел благодаря чехлу матрас, на котором мы и кувыркались полночи. Элька кричала - это я не хвастаюсь, а констатирую факт. Кричала, зная, что не услышу. Взять бы ее и увезти в какое-нибудь тайное место, чтобы оторваться по полной программе.

Вырвать из кошмара, в котором маемся. Мы бы могли потратить годы на выяснение того, что доставляет ей удовольствие. Это не было бы скучным.

Я укрыл ее тем, что первое попалось под руку в темноте. Лежит теперь Элен на моей груди, ножки поджала, чтобы целиком спрятаться под моей курткой. Замерзла, поэтому сильнее прижимается. Нет-нет да поцелует меня в шею. Думает, что я сплю. Это не так, на самом деле я про себя считаю до ста. Как досчитаю, так встаем и уносим отсюда ноги.

Пятнадцать, шестнадцать…

Пора одевать ее и увозить отсюда.

Куда только?

Я лежу, продолжая медленный счет, специально растягивая время. Прошлая ночь дала ответы на многие вопросы, но запутала еще больше. После первого же выбитого зуба Вадим сознался, почему Элька таскала ему деньги. Сука, угрожал ей, и это лучшая новость пятилетки. Она не заказчица травли, она, как и я, - жертва.

- Да дохрена у нее бабла! - орал Вадим, рыдая от боли. - Один звонок папочке, и они разморозили бы ее безлимитную кредитку! Мне деньги нужны срочно, а ей ничего не стоило попросить.