Если взять на круг, то вполне сопоставимо с тем, что выходит у тех же пиратов. Вот только при этом ты не презренный разбойник, а представитель достаточно уважаемой профессии.

Кстати, можно подумать и о семье. В этом случае плантаторы предоставляют не койку в общем домике надсмотрщиков, а отдельный флигель. Хозяева даже приветствуют семейных работников, считая их куда более надежными. Потому как обремененный семьей человек это совсем не одно и то же, что и эдакий перекати-поле, способный сорваться с места при первой возможности.

– Да какие кордоны, – отмахнулся сидевший рядом с Питом надсмотрщик помладше, всего-то лет двадцати шести.

В глазах мистера Лоурена это лишний раз подтвердило верность правила, которого придерживались плантаторы, когда отказывались брать на службу надсмотрщиков, не достигших тридцатилетнего возраста. У молодых, как известно, эмоции зачастую преобладают над разумом. А еще абсолютно отсутствует жизненный опыт. Неужели трудно сообразить, что на не таком уж и просторном баркасе практически невозможно остаться наедине?

Уильям и не подумал бы брать этого парня на службу, если бы не Пит.

За Джима, который был его младшим братом, он поручился головой. Кстати, это вовсе даже не фигура речи. Ямайка развеселый остров, и голову здесь сложить можно по любому поводу или даже без него. Впрочем, Лоурен согласился взять парня, скорее, чтобы посильнее привязать Пита, который стоил того.

– А ты, дуралей, думаешь, что все шито-крыто, за денежку малую? – возразил брату Пит. – Оно ведь до тех пор тихо, пока ты грань дозволенного не переступаешь. С одной стороны, капитан получил свою мзду, чтобы солдатики не слишком внимательно всматривались в реку.

Но и тому, кто по этой реке ходит, лучше не отсвечивать лишний раз, демонстрируя свое пренебрежение. Вот так и выказывают друг дружке уважение, а в результате все довольны собой и сохранили лицо. Благородные знают в этом толк, не то что ты, бестолочь.

О чем речь? О контрабанде конечно же. А она бывает самой разной. Так, к примеру, плантатор может выписать из Англии для собственных нужд сотню рулонов различной ткани. Впрочем, это могут быть и другие мануфактурные товары, но непременно в большом количестве.

Кто же будет проверять, куда он девает столько полотна, никакого торгового предприятия у него никогда не было. Ну вот такой он транжира и все использует на себя. На деле же весь этот товар на небольших контрабандистских судах отбывает в испанские колонии, где превращается в звонкую монету."

"С другой стороны, можно вот так, беспошлинно отправить в Старый Свет товары со своей плантации. Оно конечно, больше половины не получится, потому что за подобную наглость могут серьезно спросить.