Еще несколько дней назад я хотела отметить свой день рождения с Марфой, позвать в гости несколько соседок, устроить посиделки. Теперь это неактуально.

— Понятно. Тогда после занятий заберу.

— Я сама приду, — опускаю взгляд. Не готова афишировать наши отношения, не хочется привлекать дополнительное внимание к своей персоне.

— Я тебя заберу, — выговаривая четко каждое слово. Снова злится. Не спорю, завтра буду действовать по обстоятельствам.

— Ой, здесь останови! — вспоминаю, что хотела купить продукты, только когда на глаза попадается супермаркет."

"Продукты я так и не купила.

Мы с Макаром разругались. Он не мог остаться и подождать в машине, я ведь просила дать мне пять минут. Я кладу в корзину продукты, которые могу себе позволить, он их вытаскивает и говорит, что это есть невозможно, там отвратительный состав. Складывает все самое лучше: фрукты, овощи, красную рыбу, креветки, свежее мясо, молоко…

— Мне это не надо, — твердо произношу, но разве Макар способен услышать? Кайсынов не понимает, что я не смогу оплатить чек. — У меня нет с собой денег, — у меня на такие покупки вообще нет денег, но это я проговариваю про себя.

— Давай мы не будем привлекать к себе внимание из-за пакета продуктов? — он идет на кассу, я уже знаю, что собирается платить за меня. На кассе небольшая очередь. Выхожу из супермаркета, благо он находится рядом с общежитием, не останавливаясь, прохожу рядом с машиной Кайсынова, направляюсь к себе.

Сегодня дежурит Зоя Петровна. Коменданты в женском общежитии хуже сторожевых псов, посторонних не пропустят. Не нарушат правила, за это можно сразу лишиться работы. А в фойе и на этажах работают камеры.

Увидев меня, Зоя Петровна демонстративно смотрит на большие настенные часы.

Двери закрываются в одиннадцать, но еще нет и десяти.

У Марфы в комнате играет музыка. Я захожу к себе, сажусь на кровать, приваливаясь к спинке. Прокручивая события вечера, я отвлекаюсь от сцены в магазине. Стук в дверь заставляет напрячься. Нет… нет!.. Кайсынова бы не пустили…

У Марфы продолжает играть музыка, она не услышит, поэтому к двери иду я. На пороге Зоя Петровна с пакетами.

— Это просили передать тебе. В следующий раз, будь добра – сама таскай свои сумки, я тут не служба доставки, — отталкивает меня, проходит в кухню и ставит их возле холодильника.

Замечаю зажатую в руке красно-коричневую купюру. Вот зачем он так?!

Закрываю за комендантом дверь, возвращаюсь в свою спальню, беру телефон. Макар не звонил, не писал.

Я: Не надо так делать. У меня ощущение, что ты пытаешься меня купить. Это очень неприятно.

Отправляю, через минуту приходит ответ.

М: Ты стоишь дороже, чем пара пакетов с продуктами. И я не буду тебя покупать. Я мужчина и имею право о тебе заботиться. Возражения не принимаются.