Это сейчас Лика год уже как полноценно родительствует, карьера стухла, можно и осесть.

— Согласен, Николь сейчас показывает характер, но и Яна срывается на нее по поводу и без.

— Ну, — протянул, — для нее все же мать — Лика. Думаю, она хотела бы вашего воссоединения, — пожал плечами.

Лика — бабочка, яркая и ветреная, это всегда в ней было. Она и прожила с моим влюбленным братишкой года два нормально, потом родила и типа впала в депрессию. Развелись они, когда Николь было три, но и до этого жили хуевенько: он ее любил и жутко ревновал, а она… хрен его знает, но явно не страдала после развода.

Ладно, я грешен, но за что Бог Мира такой любовью наградил, мне не ясно. С Яной он мог бы быть счастлив, если бы окончательно отпустил бывшую жену…

— А ты сам чего хочешь?

Мирослав молчал. Плохо, когда не знаешь. Я вот точно знал, но не мог получить. Я хотел, чтобы Ярина любила меня и родила мне ребенка. Добровольно.

— Ладно, — плашмя ударил по столу, — поехали, в теннис поиграем, потом еще в ювелирный нужно.

К пяти вечера мы с Мирославом и внушительной охраной, которая заняла часть столиков в пафосном, но нейтральном ресторане, устроились за самым приватным столиком.

Мы прибыли чуть раньше, Савицкий с Самойловым — минута в минуту.

Мы давно не здоровались за руку, да и не виделись толком. Я отметил, что тесть выглядел неважно. Слышал, что он сражался с онкологией. Ну что же, карма — она такая. Я не испытывал злорадства, но и жалко не было этого человека. Он тоже не пожалел бы меня.

— Перейдем к делу, — начал Савицкий и посмотрел прямо на меня, — я хочу вернуть дочь в семью.

— Она в семье, — расслабленно откинулся в кресле. — Муж и жена — одна сатана, — и бросил взгляд на Самойлова.

Этот зато довольный как Чеширский кот: скоро власть перейдет к нему, потому что больше не к кому. Но… Было какое-то «но», и связано оно с моей женой.

— Хватит паясничать! — тестю было тяжело контролировать себя. — Ты держишь ее при себе, чтобы нам насолить! Верни Ярину в семью, и мы, так и быть, компенсируем все, что забрали у тебя.

— Украли, — поправил я.

Наши оппоненты молчали. Артур имел уважение к старшим, но я видел, что его разрывало от желания влезть в разговор.

— Это неважно. Ты же не ждал реального мира? Так не бывает, между нашими семьями точно.

Отпусти Ярину. Дай ей быть счастливой в своей семье, с ее мужчиной, — бросил короткий взгляд на Артура.

Я мысленно вгрызся в горло им обоим, но внешне оставался спокоен. Счастлива она будет, ага как же! Ярина останется со мной и только со мной. Судьба у нас такая. А еще было завещание, но они о нем не знали. На оглашении присутствовали только Нагорные и поверенный деда. Если бы кто-то слил информацию, то я лично на ремни порезал бы. Это все присутствующие поняли.