Стало страшно, а внизу сотня любопытных пар глаз, которые только и ждали моего провала. Не потому, что злые или ко мне имели особую ненависть, просто падение и неудачи обсуждать интересней. Я посмотрела на Нагорного: а чего ждал именно он?

Я присела на скамеечку и любовно коснулась клавиш. Почему-то пальцы сами вспомнили ноты к арии Кристины из «Призрака Оперы», я заиграла вступление. У меня не было такого сильного голоса: я пела тоньше и мягче, но с большим удовольствием и восторгом. Как давно я этого не делала… Даже пронзительный взгляд Нагорного не смущал. На мгновение я смогла окунуться в беззаботное прошлое…"

"— Я достаточно развлекла тебя и твоих гостей, — шепнула, когда, после аплодисментов, помог мне спуститься с импровизированной сцены.

— Теперь сам.

— Я провожу, — обнял меня, снова привлекая к своей груди. Пользовался тем, что я не могла оттолкнуть его на виду у всех.

— Еще коснешься меня, — провела ногтем по брутальной щетине, — получишь по яйцам прямо на камеру. Он мне поверил, но отпускал с неохотой.

Я поднялась и устало выдохнула уже в своей вотчине. Прислонилась к стене и закрыла лицо руками. Первое испытание прошла.

Я снова в этом мире богатых, жестоких, вероломных. Только я теперь совсем другая.

— Вы кто? — нахмурилась, заметив темную мужскую фигуру в коридоре. Сюда никто не должен был подниматься.

— Извините, я немного заблудился, — мужчина быстро ретировался, но я успела заметить у него на груди бейдж со значком прессы.

Мне это не понравилось, и я поспешила в спальню. Улыбнулась непроизвольно: моя принцесса спала в подушках, а Маргарита Петровна уснула в кресле. Я ведь говорила, что может расположиться в спальне рядом. Но это хороший знак — подопечную не бросает даже во сне и с радионяней.

— Маргарита Петровна, — коснулась руки, — идите, ложитесь. Я вернулась.

Уснула, привычно обнимая дочь. Утром меня ждала кипа журналов и интернет-источников со снимками вчерашнего вечера. Наших с Нагорным фотографий было много, даже целый разворот в модном глянцевом журнале.

Через час, когда мы с Улей сели завтракать, мне позвонили.

— Да?

— Здравствуй, Ярина, — голос отца я узнала. — Как ты могла вернуться к нашему врагу! Какая же ты дочь после этого?!

Глава 17

Глава 17

Святослав

Гости, те, кто потактичнее, начали отбывать через полчаса после того, как вечер покинула хозяйка.

А те, кто нажрался до поросячьего визга, остались под присмотром официантов и незримой охраны. Папарацци и прессу уже разогнали.

— В дом никого не пускать, — распорядился перед уходом. — Через часик всех на выход. Утром должно быть все идеально.

Бабочку снял уже в холле. Здесь царили полумрак и успокоительная тишина. Да, сейчас именно такая. Только теперь готов признать, что одному в таком большом доме жить некомфортно.