- Круто написала, мне понравилось. Стихи сама сочинила?

- Нет, это Браунинг, - говорю на автомате и снова хмурюсь. А потом снова перечитываю письмо.

Почерк, естественно не мой. Никогда бы я не написала так неаккуратно и размашисто. А цитату заключила бы в кавычки.

Вспоминаю, что как-то в мае, еще до отъезда на тети Наташину дачу, я вернулась в комнату и обнаружила, что томик стихов, куда включены произведения английской поэтессы, лежит совершенно не на том месте, где обычно.

Неужели же?

Прокрасться в комнату в мое отсутствие и списать цитату из книги?

Ну, тетя Люда!

Такого от нее я точно не ожидала.

Витя выдергивает из моих пальцев письмо и прячет обратно за пазуху.

- Вспомнила? Да ладно стесняться, я все понимаю. А ты ниче так стала, еще лучше, чем запомнил.

- Витек, ну, че ты там, где? Из-за тебя собрались! – басит Генка, лучший Витин приятель. В обычное время он работает в шиномонтаже и пропадает там с утра до вечера, но сегодня в честь приезда друга оставил все дела.

Мне не по себе и хочется поскорее скрыться в своей комнате.

- Ща, иду, Геныч. Ну ты че, потерпеть три минуты не можешь? - орет в ответ Витя, на секунду отрывая от меня взгляд.

Я все еще прихожу в себя от настолько далеко зашедшей коварности тети Люды, и упускаю момент, когда можно было ускользнуть. Витя вновь возвращает внимание на меня, ловко отбрасывает сигарету, ухватывает за талию и притягивает к себе.

Я упираюсь в него ладонями, пытаясь отстраниться, непроизвольно отмечая, что, когда так делал Градов, это было…совсем не так по ощущениям. Было гораздо волнительнее и не настолько противно. То есть, это было совсем не противно. А сейчас, сейчас...

- Ты ждала, и я вернулся, - нараспев и дурашливо тянет Витя, а меня передергивает.

Сейчас мне совсем и совсем не до шуток.

- Вить, все не так. Я не скучала, не ждала и не писала никаких писем. Даже не думала!

- Да ладо ломаться.

- Я не ломаюсь, тебя ввели в заблуждение. Отпусти!

Кое-как отталкиваю тушу и скрещиваю руки на груди.

Сбежала бы в свою комнату прямо сейчас, но парень перекрывает собой вход. Да и выяснить все нужно как можно быстрее. Чтобы не тянулось. Хотя уже вижу, не так-то это оказывается просто.

- Вииить! – снова орет Генка.

- С пацанами посидим, а ночью я к тебе приду, - выдает Витя, а я хмурюсь еще больше.

- Жди, Стаська.

- Нет, Вить, не нужно ко мне приходить! Вить, я хорошо к тебе отношусь и против твоей мамы ничего не имею, но в данном случае она оказалась не права. Она ошиблась, и ты мне совсем не нравишься. Ну, в этом плане.

- Да чтоб мать не смыслила в таких делах? У нее глаз-алмаз! Сказала – сохнешь, значит так оно и есть. А мне и самому ты нравишься, пожалуй. Ниче так фактурка. Или…

Тут Витя хмурится, прищуривается и его маленькие глазки-щелки становятся еще меньше.