– Я требую права участвовать в отборе наравне с остальными, – сказала чётко, звонко, уверенно. Как подобает настоящему аристократу.

– Наравне не получится. А если будешь дерзить, то вылетишь с самой отвратительной формулировкой, понял? Теперь развернулся и кыш отсюда. Кстати, спать пока не ложись, общее построение через пару минут.

Недолгая война взглядов, моя ярость против его насмешки, и… я проиграла.

Причём даже не поняла как это получилось – просто проиграла и всё. Снаружи ждали Йерс, ребята из команды и другие кадеты, и стоило закрыть дверь, как рыжий спросил:

- Что произошло? Зачем тебя вызывали?

Я не ответила, пожала плечами.

Что произошло? Мне бы тоже хотелось знать!

Потом, как и обещал Рагар, объявили построение. Пришлось торопиться, становиться в строй, вливаясь в толпу парней.

К нам вышли и командир, и политрук, причём последний нежно поглаживал свой необъятный живот и щурился. Глядя на довольную физиономию Форгина, большинство из нас расслабилось, но зря.

Построение получилось не очень приятным и напомнило всем, что мы на отборе.

Рагар назвал десять фамилий, а когда парни сделали шаг вперёд, объявил, что, для них испытания завершены. Повисла гробовая тишина, ни тени ропота, повинуясь жесту директора, парни удалились собирать вещи.

Оставшимся объявили, что сегодня вечером им предстоит совершить небольшую вылазку «в стан врага», что нужно принести некий «Кровавый скипетр».

При этом Рагар добавил:

– Задание без подвоха. Просто пойти и принести. Все поняли?

Поняли-то все, но лично я не поверила.

А Рагар добавил, причём издевательским тоном:

– Кстати, кадет Нежный на это испытание не идёт. Он ещё в отборе, но от общих заданий уже отстранён.

Директор Высшей Военной школы улыбался, а остальные… Нет, часть из них, включая светловолосого Брима, порадовалась, а другие заметно скисли. Я же стояла и надеялась, что хоть кто-нибудь попробует возмутиться, но…

Не учла я, что это армия, а в армии приказы не обсуждаются. Даже после того, как главный спрашивает хищно:

– Вопросы?

Нет вопросов.

Тишина.

– Отлично! Все свободны! – воскликнул Рагар. Сиял сейчас как та самая пресловутая монетка.

И самое последнее, лично мне:

– Харринтер, будь добр, скройся в своей отдельной, – это слово директор подчеркнул, да так, будто речь о чём-то неприличном, – комнате. Скройся и не подсказывай птенцам, как им проходить испытание. Узнаю, что подсказывал – убью.

Рядом застонали Йерс и Юрвест.

Зато Брим…

– Прошу прощения, милорд.