Ограбления не было. Убит владелец фирмы. А с ним попутно телохранитель и снова свидетель. На этот раз – бухгалтер. И опять точно такой же автограф – пуля между глаз. У всех троих.

– Красиво, ничего не скажешь…

– А часом раньше в гаражном кооперативе убиты еще два человека – опять пуля между глаз – и угнан старенький «Запорожец». Один из убитых – милиционер. По показаниям жены убитого, у того всегда на передней панели лежала фуражка. Чтобы своего видели сразу и лишний раз не останавливали. Есть предположение, что киллер воспользовался этой машиной для маскировки. У нас как-то принято считать, что на «Запорожцах» только лохи ездят.

– Остроумно.

– Кстати, эту версию с «Запорожцем» предположил Дым Дымыч. Мы его для консультации приглашали.

– Еще остроумнее.

– Не понял? – сразу насторожился Оленин.

– Это я шучу так нестандартно. Я иногда сам своих шуток не понимаю. Не обращай внимания. Продолжай.

– Это все.

– А десять тысяч баксов?

– Там было двести десять тысяч. Десять настоящих и двести фальшивых. Их продавали через обменный пункт. Чтобы не было подозрений – вперемешку с настоящими.

– И это тоже остроумно. А куда они делись, если не было ограбления?

– Подобрал случайный человек. Потом попал в вытрезвитель, там его вычистили, и мент побежал баксы сдавать. Там и попался. Жадность и низкая зарплата сержантика сгубили. Что скажешь?

Гагарин вновь достал бутылку со стаканом и налил себе еще немного. Но пить пока не стал. Только на свет рассмотрел благородный напиток.

– Ничего не скажу. Только спрошу. На кой черт ты мне все это выкладываешь? Ты считаешь, что это я – киллер? Вот уж остроумнее не придумаешь.

Доктор Смерть посмотрел Оленину прямо в глаза. Уже не через стакан с коньяком. Посмотрел насмешливо, как уверенный в себе человек. И Николаю Сергеевичу показалось, что он зря пришел сюда. Ничего он не добьется от отставного майора Гагарина.

– Я не случайно начал наш разговор с сообщения о беседе с Асафьевым.

– Я догадался, что не случайно. Но, как человек терпеливый, трепетно жду разъяснений.

– Асафьев сообщил мне новость о твоей действительной работе. И я подумал, что у тебя, возможно, есть какие-то сведения по этим убийствам. Он думает, что они могут быть как-то связаны с проводимой тобой сейчас операцией.

– Я не занимаюсь киллерами. Если Асафьев в курсе моих дел, что вообще-то для меня весьма прискорбно услышать, то он должен знать мой профиль – наркота.

– Но это может быть связано?

– Я связи не улавливаю.

– Толстяк работал с азерами.

– Мне это ничего не говорит.

– Седой реализовывал баксы таджиков."

"– Это уже ближе к теме, но опять не вижу прямой связи. Моим таджикам сейчас рисковать нежелательно. Они крупно завязаны в другом деле.