Нарисуй мысленный образ этих негодяев. И отодвинь их на задний план своего сознания, в «подкорку». Они как бы перед тобой, но ты о них не думаешь. Ты думаешь только о том, чтобы поразить мишень…

Марта так и поступила. И впервые приблизилась к «десятке». Одна пуля образовала дырку в кругу «девятки»…

В следующее воскресенье Марта отправилась в тир уже сама. Спортивная стрельба захватила ее.

* * *— А что, сестра не приехала? — встретил ее Митрич. — И Анка тоже?.. Почему?..

Марта ему нравилась. И все-таки приезду Любы он был рад больше. И Марта знала, почему.

— Они вам привет просили передать, — улыбнулась она.

И достала из сумки бутылку импортной водки.

— Ух ты! — обрадовался Митрич. — «Абсолют», целая литра… Давай по чуть-чуть! — заговорщицки подмигнул он ей.

— Нет-нет, что вы, — улыбнулась Марта.

— Ну да, — почесал затылок Митрич. — Ты такая хрупкая, такая нежная… И пить… Да, дурака я свалял… Ну пошли, просто в моей каморке посидишь, журналы по стрелковому делу полистаешь. Если хочешь, мой треп послушаешь…

— Я бы поработать хотела…

«Поработать» — это выражение Любы. И Марта не говорила «стрелять». Она говорила «работать»…

— Да успеешь еще… А потом, там у меня, — он показал в сторону зала, — поэты работают…

— Поэты?

— Ну да, это я их так называю… Пошли. — Митрич осторожно взял ее за руку, будто боялся поранить ее.

И провел ее в свою каморку. Усадил в старое потертое кресло. Сам сел на табурет. Поставил бутылку на стол, любовно погладил ее по стеклянным бокам.

В это время послышались выстрелы. Марта уже достаточно хорошо разбиралась в стрелковом деле, чтобы понять — стреляют из боевого оружия.

— Ну вот, поэты поэмы складывают… — усмехнулся в ус Митрич.

— Почему поэты?

— Ты же знаешь, кто такие братки? — спросил он.

— Нет…

— Темнота!.. Хотя, конечно, тебе знать и не надо. Ничего хорошего в этих братках нет…

— Так кто они, эти братки?

— Это они себя братками называют. А на самом деле это обыкновенные бандиты. Про рэкет слышала?..

— Вообще-то да. По телевизору говорили…

— Вот и хорошо, что только по телевизору с этим сталкиваешься… Братки — это бандиты, рэкетиры. Все здоровые, накачанные. А рожи… Меня все перекреститься тянет, когда их вижу. И это при том, что человек я не шибко верующий… И разговаривают они не по-людски… Этта, типа, в натуре, короче… И мат-перемат через слово…

— А почему поэты?

— А они как приходят, так и говорят. Мы по этим, которые мишени, постреляем. Мы по этому раз по сто пальнем… По этим, по этому… Поэты, одним словом…

Похоже, Митрич сел на своего любимого конька. Выставил братков-бандитов в забавном свете. Марта даже смеялась. А потом появились те самые братки.