«Я, Реми…» – Женщина запнулась и застыла, приоткрыв рот, не в силах выговорить фамилию.

– Беланже, – обреченно подсказал он.

Боже, кто вообще выходит замуж в двадцать?

– «…Беру в законные жены Жаклин Эванс».

Я повернулась, чтобы посмотреть на него еще раз, словно хотела надышаться перед смертью, борясь с желанием оттянуть воротник, чтобы впустить под ткань плотного платья хоть немного воздуха. Ни один мускул на его лице не дрогнул.

– Согласны ли вы быть вместе в горе и радости, в богатстве и бедности, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас?

– Да.

Все остальные слова расплывались, как в тумане. Было жарко и душно. Сердце отчаянно колотилось; казалось, еще немного – и я завою.

На моем безымянном пальце появилось кольцо. Простой ободок из белого золота. Надо же! Можно было обойтись и подделками.

– Властью, данной мне штатом Калифорния, объявляю вас мужем и женой.

И где-то здесь, между фразой «Можете поцеловать невесту» и приближающимся лицом Бланжа, я не придумала ничего лучше, чем картинно упасть в обморок.

Глава 1. Наш первый поцелуй

Две недели назад

Кто бы мог подумать, что эта долгая история начнется всего лишь с ботинок для гольфа, которые я случайно обнаружила под кроватью мистера Моралеса, когда убирала комнату? Обычно постояльцы дома престарелых подобных вещей не хранят: правилами запрещается, и, будь я хоть чуточку умнее, я бы задвинула их назад, за пыльную коробку, или, следуя инструкции, заявила о нарушении правил проживания, но Бог мозгов явно мне недодал.

Именно эти ботинки и послужили причиной драки. Потому что были украдены. Мистером Салазаром, восьмидесятитрехлетним бывшим пехотинцем. Пропажу обнаружили сразу двое: сам мистер Моралес и старшая медсестра, чернокожая Рита, наводящая ужас на всех постояльцев дома престарелых одним своим видом.

Если вы никогда не видели, как могут подраться двое пенсионеров, один из которых привязан к стойке с капельницей, и двухсотдвадцатифунтовая медсестра, то вы жизни не нюхали, скажу я вам."

"– Прости, Джеки, но ты же понимаешь, что кто-то должен понести наказание. А у тебя ни медицинского образования, ни семьи, ни детей, да и срок договора уже истек.

Я повесила на плечо сумку с небрежно засунутым внутрь халатом, который мне больше не понадобится, толкнула дверь и вышла на улицу. Прикрыв рукой глаза, стянула сумку с плеча и по привычке кинула ее на единственное место, не тронутое закатным калифорнийским солнцем, но она с глухим стуком упала на пыльную землю.