– Ходячая катастрофа. Или падающая.

– Это от Жаклин?

– Да, – подтвердила я и поморщилась.

– Очень красивое имя.

– Меня так очень давно никто не называл. – «Лишь бабушка с дедушкой», – добавила про себя, сама не понимая, зачем ему такие подробности.

Мама все время либо гуляла, либо работала. Меня воспитывала бабушка; так было лет до девяти. И только когда бабуля с дедом переехали в другой штат и мы с мамой остались вдвоем, я поняла, что, в общем-то, все, что она мне дала, – лишь крыша над головой и дурацкое имя – в честь жены бывшего президента. Имя, которое пригодится либо старушкам, либо третьесортным порноактрисам. Так что все звали меня Джеки.

– Могу я все-таки звать тебя Жаклин? – Его взгляд, заинтересованный, теплый, был направлен прямо на меня, так что мне захотелось нервно почесаться. Я машинально поправила пряди, выбившиеся из пучка, собранного десять минут назад на ходу и закрепленного двумя карандашами, и улыбнулась, краснея.

– Думаю, да.

– Так что же случилось, дорогая Жаклин, что гравитация решила так стремительно притянуть тебя к земле?

– Меня уволили, – со смехом ответила я. – Вот и всё. Просто и банально.

– Отсюда? – спросил он и едва заметно мотнул головой, указывая на дом престарелых. – Это нестрашно. Обещаю тебе, ты найдешь другое место. Гораздо лучше этого.

А потом вдруг протянул руку и слегка сжал мои пальцы. Простой жест поддержки. Но такой ласковый."

"– Ты правда так думаешь?

– Даже не сомневаюсь.

Это было и впрямь приятно.

– Легко сказать, – с улыбкой заметила я. – Тут платили стабильно и очень неплохо по меркам Эл-Эй. Когда у тебя долг по ипотеке в сотню и обучение в университете еще по сорок тысяч за год, начинаешь ценить то, что имеешь.

Он молча смотрел на меня, мягко улыбаясь, но его глаза с хитрым прищуром словно говорили: «Ну, Жаклин, ты сейчас серьезно?» Я тут же прикусила щеку, чтобы не наболтать глупостей. Ну кто изливает душу на парковке у больницы парню, которого видит впервые в жизни, да еще прикованному к инвалидному креслу? Наверняка мои проблемы для него были бы самой большой удачей, учитывая тот факт, что он торчит здесь.

– Прости, да, наверное, это глупо. Все познается в сравнении.

– Однозначно. К тому же у тебя в отличие от меня достаточно времени.

У меня аж рот приоткрылся.

Не то чтобы его слова меня шокировали. За время работы сиделкой я всякого насмотрелась. Постепенно ко всему привыкаешь. Просто, глядя на этого, казалось бы, пышущего здоровьем парня, невозможно было поверить, что жизнь так беспощадно прошлась по нему своими тяжелыми ботинками.

– Каков прогноз врачей? – спросила я осторожно.

– Пару недель, – абсолютно спокойно ответил он. – Может, пару месяцев.

Не может этого быть!

– Мне жаль.

– Нет, пожалуйста, не жалей, – перебил он.